Хочу тебя навсегда
— Значит, Вера. Год и шесть месяцев. Моя.Я откидываюсь на спинку стула и скрещиваю руки на груди, поставив блок. Последнее слово звучит совсем не как вопрос, а скорее утверждение, поэтому я киваю и подтверждаю.— Прекрасно, — шумно выдыхает Ярослав.Нервная дрожь прокатывается по телу. Я пока не пойму, какие эмоции испытывает Жаров от этой новости. Он недоволен? Зол? Раздражён? Радости в его голосе точно нет.— У меня есть дочь Вера. Она родилась в Канаде, я верно понимаю? — спрашивает Яр.— Верно.— Не подкопаешься, — недобро ухмыляется. — Мне вот интересно, что ты планировала рассказать Вере в будущем? Где её отец? Почему не заботится о ней? Кто он? Наркоман? Алкоголик? Погибший пилот?— Я не собиралась врать дочери о тебе. Никогда не собиралась.
Мне было безумно интересно, прилетел бы он на роды, если бы я сказала раньше? Обрадовался бы появлению Веры? Или же расстроился, потому что я в очередной раз сбила все его жизненные планы?
Вера появилась на свет в шесть часов вечера. Такая крошечная, хрупкая и теплая. И безумно сладкая. Мне сразу же положили её на грудь. Сердце отчаянно сжалось, слёзы покатились по щекам. Я медленно, но уверено осознавала, что отныне несу полную ответственность за её жизнь и здоровье и не имею права на ошибки и промахи. Отвечаю за крошечную трёхкилограммовую малютку головой.
В двадцать лет, будучи не замужем, не имея никакой поддержки, кроме как от пожилой бабушки. Оказывается, когда появляются дети волей-неволей приходится взрослеть. Автоматически. Потому, что у тебя нет другого выбора. Потому, что этот выбор девять месяцев назад сделала ты сама.
Нас выписали через двадцать четыре часа. Присутствовало много знакомых, включая тренера и подруг, которыми я успела обзавестись в Канаде. Они организовали чудесную выписку, накупили много подарков, заказали шары и украсили мою арендованную квартиру, чтобы хоть немного поддержать меня и развеселить. Всё было прекрасно и очень душевно. Но потом, позже, проводя вечера в одиночку, когда у меня не получалось накормить Верушку грудью, а она орала до посинения и не желала кушать, или когда её мучили колики, я выла в подушку от собственной никчёмности и беспомощности. Чувствуя ужасающее опустошение и странную горечь за то, что у моей дочери никогда не будет полноценной семьи.
— Я бы уже прокляла Ярослава на твоём месте! — возмущается Аня.
— Потом всё нормализовалось, — улыбаюсь в ответ, перебирая в памяти воспоминания. — Вызвала консультанта по грудному вскармливанию, и она показала, что я делаю не так. С коликами тоже справилась.
— Я в целом, Сонь. Не только о проблемах с кормлением.
— У моей дочери есть я, а у меня есть она. И нам больше никто в этой жизни не нужен.
Мы с подругами справляемся за два часа. В перерывах болтаем и пьем шампанское. Я чувствую себя уставшей и выжатой как лимон. Поэтому, едва дверь за девчонками закрывается, я обессиленно падаю на кровать и закрываю глаза. Засыпаю мгновенно, а утром с трудом разлепляю веки, когда слышу противный звук будильника. Тянусь к телефону, отключаю его. День ещё только начался, а я уже думаю, как же всё успеть.
Первым делом я еду в реабилитационный центр на курс массажа. Как могу отнекиваюсь от чая с бубликами, которые предлагает Игорь. И виновато извиняюсь перед Сергеем, когда он просит меня к нему ненадолго зайти. Статья, я помню. Всё обязательно будет, но уже завтра.
Перед аэропортом я посещаю игрушечный магазин, где глаза разбегаются во все стороны. Мне безумно хочется порадовать и удивить обожаемую дочь.




![Сборник инцестов [СИ]](/uploads/posts/images/1/sbornik-intsestov-si.jpg)











