Кошмарных снов, любимая

Потом ты будешь бежать… Бежать… От… Него… Боль… Безумие… И…

Провидица тяжело задышала.

И вдруг отдернула свою руку. Будто кожа Джесс ее обжигала.

Ее глаза резко распахнулись.

Они казались теперь черными – так широко расплылся зрачок.

– Ты… – прошептала она удивленно.

– Что? – подалась вперед Джесс.

– Уходи.

– Что?

– Уходи, – жестким голосом повторила хозяйка шатра.

– Но почему? – растерялась Джесс. – Ведь я заплатила и…

Ее перебили.

– Приведешь таких же, как и ты. Нам не нужны неприятности.

В черных влажных глазах Хельги искрились злость и досада.

И страх.

Она кинула на стол перед Джесс крупную купюру и сказала:

– Возьми и уходи.

Джесс чувствовала себя прокаженной, которую гонят отовсюду. Но она не хотела бежать.

Она устала бегать.

– Я всего лишь хотела узнать будущее, – с едва скрываемой яростью сказала она, поднимая взгляд с купюры на лицо предсказательницы.

– У тебя нет будущего! – нервно выкрикнула та. – У таких, как ты, есть лишь прошлое и настоящее!

Таких… как она?

Джесс словно током ударило.

– Кто я? – спросила пересохшими губами она.

Предсказательница, глядя на нее блестящими влажными глазами, жутко улыбнулась. И достала карту из колоды рубашкой к себе.

Не глядя на карту, но будто точно зная, что вытащила, гадалка швырнула ее Джесс.

Карта соскользнула со стола и упала у самых носков ее кед.

Джесс подняла ее.

От карты веяло холодом. И опасностью.

Карта была страшная – скалящийся скелет в доспехах смотрел на Джесс с безумной ухмылкой, сидя верхом на лошади.

Рисунок говорил о многом.

– Смерть, – прочитала шепотом Джесс. И отшвырнула карту обратно к предсказательнице. Та лишь усмехнулась.

– Что это значит?.. – прошептала она. – Что это?.. Вы в своем уме?

– Такие, как ты, несут хаос, смерть и разрушение, – зашептала горячо Хельга, то и дело беспокойно оглядываясь. – Такие, как ты, не люди, всего лишь тени.

– Я человек! – сжала зубы Джесс.

– Пока что человек. Ты тоже скоро станешь чудовищем.

«Чудовищем, чудовищем», – зашептало отовсюду. Свет фонарей померк под порывом ветра, пробравшегося в шатер.

Карты с грохотом упали на стол. Цепкие пальцы Хельги выхватили золотую пыль из мешочка, лежащего на столе. И бросили пыль в лицо Джесс.

Она зажмурилась – золотая пыль въедалась в ее лицо, как краска.

Последнее, что она запомнила, – карта с изображением обнаженных мужчины и женщины, над которыми всходило солнце.

…а когда Джесс открыла глаза, оказалось, что она стоит около огромного белого шатра. Мимо идут люди, спешащие внутрь.

И вот-вот начнется представление.

Две карты все еще стояли перед ее глазами, но никакой золотой пыльцы не было ни на лице, ни на одежде.

* * *Доктор Синглтон спешил уйти подальше от людей – туда, где было меньше шума.