Кошмарных снов, любимая

Она зачем-то быстрым шагом подошла к кровати Джесс, на которой та сидела с ногами, склонилась к ее лицу и прошептала:

– Кто не способен оценить холод, тому не понять, что такое тепло, моя чудесная Джессика. Если ты не способна оценить боль, зачем тебе счастье?

Голос ее изменился и стал уверенным и тягучим, как ядовитый мед."

"Темные расширившиеся глаза опасно блестели. В них затаились веселье и угрозы.

Дайана медленно расстегнула блузку, и Джесс с удивлением увидела на ее ребрах и животе следы от заживающих порезов. Пальцы Дайаны скользнули по шрамам, ласково, почти порочно гладя их.

По рукам Джесс поползли мурашки. Она не узнавала подругу.

Выражение лица Дайаны было сумасшедшим.

Она, словно почувствовав страх Джесс, широко улыбнулась, продемонстрировав ровные белые зубы, поцеловала воздух около щеки Джесс и, весело помахав рукой, вновь направилась к двери, застегиваясь на ходу.

Больше она не оборачивалась и не останавливалась – ушла, оставив шлейф из опасности. Словно и не плакала несколько минут назад.

Выйдя из палаты Джесс, Дайана широким шагом направилась по коридору к лифтам, чтобы спуститься вниз и убраться из этой чертовой больницы.

К Эрику ее не пустили – он находился в реанимации. И все, что она могла, – смотреть на него из-за стеклянной перегородки. Долго находиться там и смотреть на лежащего без движения Эрика, подключенного к аппаратам, не было сил. Его беспомощный болезненный вид разрывал ее сердце на тысячу мелких кусков, как мясорубка газету.

Дайана вошла в лифт, из которого вышел высокий светловолосый мужчина в темных очках, медицинской маске и белом халате.

Их предплечья соприкоснулись, и из рук доктора посыпались бумаги, которые он нес с собой.

Чертыхнувшись про себя, Дайана остановилась и наклонилась, чтобы помочь собрать бумаги, разлетевшиеся по полу.

– Извините, док, – сказала она. – Не заметила вас.

– Ничего страшного, мисс, – отвечал тот приятным бархатным голосом.

Дайана подняла голову.

«Доктор Стюарт М. Хендерс», – прочитала она на бейдже, висевшем на его груди.

Она не видела лицо доктора, могла лишь оценить его высокую поджарую фигуру с широкими плечами, но ее почему-то неудержимо потянуло к нему.

Захотелось коснуться его руки, дотронуться до копны светло-русых волос, сорвать гребаную маску и исследовать лицо поцелуями.

Дайана любила мужчин и не скрывала этого. Укладывать их на лопатки было ее хобби. И этот мужчина в белом халате мог бы стать неплохой добычей.

А может, она стала бы его добычей.

Какая разница…

«Эрик», – напомнила она себе, понимая, как часто забилось сердце, а мышцы живота напряглись.

Кажется, доктор улыбнулся под маской.