Красная королева (СИ)

Когда в разговоре с Софи и Жанной я жаловалась на то, как сложно найти для малышки фрейлин, которые будут заинтересованы в ее судьбе, привязаны к девочке и достаточно добры, то получила совет от бывшей акушерки:"

"— Ваше величество, может быть, не стоит гнаться за титулом? Конечно, фрейлины принцессы обязательно должны быть титулованы, никто не спорит. Но мне кажется, от гувернантки требовать этого не стоит. Достаточно просто хорошего происхождения.

— Жанна, ты говоришь сейчас просто так или у тебя есть кто-то на примете?

Жанна слегка смутилась. Мы чаевничали вечером в моей комнате, отправив остальных фрейлин отдыхать.

Эти почти ежевечерние встречи настолько вошли у меня в привычку, что я, кажется, не уснула бы, если бы пришлось отменить хоть одну. За это время и Софи, и Жанна стали мне по-настоящему близки. В какой-то мере они стали частью моей семьи.

Я научилась ладить с мужем, я научилась направлять его в ту сторону, куда мне было нужно. Но близким человеком мне он так и не стал. Слишком уж избалован и эгоистичен был король. Вряд ли он любил кого-то, кроме себя. В целом вся его жизнь была направлена на удовлетворение собственных потребностей и прихотей.

При этом он редко считался с чем-либо.

Даже его публично выражаемая любовь к Александру, собственному сыну, была всего лишь частью имиджа. На самом деле никакой особой привязанности к ребенку он не испытывал. Нет, разумеется, при встрече он задавал дежурные вопросы о здоровье сына, но это была чистой воды формальность. Про дочь он и вовсе частенько забывал спросить. Когда я, согласно нашей с ним договоренности, дважды в месяц делила с ним ложе, он ни разу даже не спросил о сыне с глазу на глаз.

Я приняла то, что Александр его не интересует, и не навязывалась с рассказами об успехах дофина. Но и любви к королю это не прибавило. Именно потому не с ним, а с Жанной и Софи я обсуждала все проблемы детей.

Отвечать на мой вопрос Жанна начала очень издалека:

— Вы знаете, ваше величество, когда я ждала собственного ребенка, на соседней улице жила семья. Это старинная дворянская фамилия. Не из самых богатых, но вполне почтенных. С Мартой я познакомилась случайно. Иногда она приходила ко мне в гости выпить чашечку чая и поболтать. Она очень хороший и добрый человек, ваше величество, но, увы, ее отец не оставил ей совсем ничего.

Все наследство перешло старшему брату Марты, женатому на Марлен Скоппор. Весьма недобрая особа, надо сказать. Марта жила в семье Бартла на положении прислуги. Она с пятнадцати лет занималась воспитанием его детей. И я подумала…

К этому времени Ангердо, достаточно быстро забывший свою мать, полностью доверил мне воспитание детей и даже не считал нужным вмешиваться. Именно поэтому я снова обратилась к герцогу де Сюзору.