Красная королева (СИ)

Не принося облегчения или успокоения. «…Такая же мразь, как и свекровушка покойная… Может, лучше бы я родами сдохла… А ведь еще и Богерт есть… И его тоже… Не хочешь, дрянь? А придется! Или он тебя в монастырь, а из Сашки вырастит покорное дерьмо… Да еще и Элли может замуж спихнуть за урода. Мало ли что там политика диктовать и требовать будет…» — мне было до соплей жалко себя, я боялась за детей. Мне было тошно от этого мира. Я просто не понимала, какие силы зла засунули меня в этот чертов Луарон и почему я должна страдать, а не жить себе спокойно и весело.

— Ваше величество!

— О! Херцог! Што? Вам уже дол…жили?! Я пы-ка еще к…ролева… Могу себе пы-зволить!

Герцог де Сюзор — единственный в этом мире, кому дозволено было входить в мои апартаменты без доклада.

Даже покойный Ангердо никогда не пользовался этой привилегией. Впрочем, до этого момента не пользовался и герцог.

— Тусси, помоги мне отвести её величество в опочивальню. Гастон, тазик!

— Ни в кы-кую почивальню я идти не с…бираюсь. В конце концов, я десь к…ролева, а не кошкой насрано!

Со словами: «И прости, Господи, грехи наши, ибо не ведаем, что творим!» герцог рывком, чуть не вывернув мне руку, поднял растекшееся тело из кресла.

Под мышкой у меня немедленно оказалась голова Тусси, которая, наполовину взвалив меня на себя, поволокла прямиком к кровати. В тот вечер слугам досталось по полной. Де Сюзор почти до полуночи сидел в кресле недалеко от меня и командовал процессом:

— Гастон, смени тазик! Тусси, оботри королеве лицо и дай еще воды. Та-а-ак! Отлично… Тусси, сходи и лично проследи на кухне, чтобы в звар не добавили лишнего.

Ближе к полуночи мне немного полегчало. Да, по-прежнему кружил голову «вертолет», но блевать мне больше было нечем, и я сидела в кровати с полузакрытыми глазами, сдерживая мерзкий озноб и медленно отхлебывая горячий травяной напиток.

А герцог де Сюзор недовольно выговаривал мне:

— … такое поведение недопустимо! Если до кардинала дойдут новости…

— Не дойдут… — я снова отхлебнула обжигающий напиток, — Не дойдут до кардинала никакие новости.

— Ах, вот оно что!.. — герцог резко встал с кресла, лично прошел до двери и, выглянув в приемную, убедился, что посланная за новой порцией отвара горничная еще не вернулась.

Он скомандовал:

— Гастон, займите место за дверью.

Затем герцог вернулся к кровати, слегка склонился ко мне и шепотом осведомился:

— Вам надоело жить, ваше королевское величество? Только прикажите, и завтра же с утра вас отвезут в прелестный и уютный монастырь, где вы и скончаетесь от холода и поста в течение пары месяцев. Только не рассчитывайте, что я стану поддерживать сына такой слабовольный женщины. Ее королевское высочество Ателанита за жизнь своего сына готова была горло перегрызть.