Кто ты, моя королева (СИ)

Ваота подходит к алтарю и опускается на колени, чтобы произнести молитву. То же самое делаю я рядом с ней. Сейчас мы главные действующие лица в этом спектакле и я даже не смотрю, что делают остальные, полностью концентрируя внимание на том, чтобы не ошибиться. Не знаю, о чём молится настоятельница, я же прошу Богиню учесть, что нахожусь здесь по её воле. А ещё благодарю за второй шанс, за новую жизнь, да, сложную и опасную, но всё-таки жизнь. И, чего уж там, за Тая с Яром тоже благодарю, понимая, что эти двое могли бы относиться ко мне гораздо хуже, если бы не её вмешательство.

И прошу не поджаривать мне мозг, потому что эта проверка королевских качеств, вообще не моя идея. В процессе этого внутреннего монолога внезапно осознаю, что страх исчез, на душе воцаряется покой и умиротворение, а рядом ощущается чьё-то незримое, но пробирающее до мурашек присутствие. Кажется, что стоит поднять мне голову и увижу перед собой ту самую Богиню с мягкой усмешкой взирающую на своих непутёвых чад.

— Не бойся. — Не слышу — чувствую и незримая рука ложится на мою склонённую голову. — Благословляю и нарекаю Аннэлией, королевой Сэйнара.

А потом на моё чело опускается тот самый венец. Знаю, что это Яргард, он говорил мне, что это только его право, но кажется, будто сама Праматерь возлагает на меня эту корону вместе со всей полнотой ответственности. Мамочки, неужели это действительно со мной происходит? Сжимаюсь, ожидая боли, или тяжести, но ничего не происходит.

— Встань, жена моя. — слышу голос короля и наконец-то поднимаю голову.

Он стоит передо мной и протягивает обе руки. Вижу в его глазах и довольной улыбке одобрение и поддержку и позволяю поднять меня на ноги, а затем и развернуть лицом к собравшимся.

— Лорды, леди, вы стали свидетелями. Моя жена не просто приняла венец королевы, а получила благословение Великой Праматери. Подтверждаете ли вы это?

— Я, Севастьен герцог Гиерно, подтверждаю. — склоняетя в низком поклоне безопасник."

"— Я, Конранд герцог Шаньерг, подтверждаю. — повторяет его действие седой Советник по внутренней политике.

— Я, Огаст граф Россар, подтверждаю. — заканчивает, как я понимаю, отвечающий за внешнюю политику.

Следуя их примеру в поклоне склоняются все присутствующие аристократы.

И сейчас они кланяются именно мне, признавая волей, или неволей своей королевой.

А дальше всё происходило, как во сне. То ли от облегчения, что пытку отменили, то ли от божественного благословения, то ли от ещё чего-то, на меня накатила странная эйфория. Я делала, что должна, отвечала, как положено, следовала за Яром и настоятельницей, а сама чувствовала себя невесомой и переполненной внутренним светом. Так странно и хорошо.

Мы поднялись на балюстраду и вышли на широкий балкон.