Край чужих земель

Лидия принялась пропитывать полотенцем воду и остатки масла с волос. Теперь они больше не лежали паклей, а начали завиваться крупными и тяжелыми локонами.

Она уложила меня в чистую постель, и я до сих пор не смогла ничего ответить на ее простые и правдивые слова. Она видела эту жизнь много проще, чем я. Ведь и правда, наш с Амиром брак был продуман очень давно, и то, что его племянник так же горячо любим мной, как и им, сыграет на руку обоим королевствам. Это свяжет нас самыми сильными узами – любви к своей семье. А потом, видимо, на этой любви должна была родиться и наша с Амиром.

Глава 40

Варис и Мария вернулись ночью. Их никто и не ожидал так рано, но радости было – не описать словами. Мне постоянно казалось, что где-то там сейчас течет жизнь, а я прохожу мимо нее. И как только в дом вернулось бурчание брата и звонкий, как колокольчик, голос Марии, все встало на свои места.

Варис сразу отправился спать, а вот подруга принялась живо рассказывать не только о том, как они все провернули, но и столичные сплетни:

— О вас с герцогом столько говорят, что мне даже неудобно было стоять рядом, ведь мало кто знает, что я живу с тобой, - красиво округлив глаза, Мария умудрялась уминать пирог и рассказывать, как опытный палач, проводящий пытку.

— Мария, не тяни, прошу тебя. Расскажи, как там Грегори, видели ли вы Амира? – мне было плевать что о нас говорят. «Собака лает, караван идет».

— А что будет с мальчишкой? Он доволен так, что не стал говорить с нами долго. Что-то наврал про важность урока и ускакал козликом. Мы только и могли с Варисом, что переглянуться.

— Ладно, рассказывай про свои эти слухи.

— Это не слухи, но… в общем…

— Да не тяни же ты, Мария.

— Говорят, что герцог берет тебя в жены из жалости, - она быстро сказала и замолчала, прикрыв рот ладошкой и уставившись на меня.

— Говорят, в Москве кур доят! – вывалила я и выдохнула. Но внутри вдруг что-то перевернулось. Мне всегда было искренне наплевать что и кто думает, но сейчас понимала, что ее слова меня задели.

— Ты не спросишь, но я все же скажу… Говорит это наша дорогая Люсия Вельмунт, которую герцог спустил с небес на землю… но ведь никто этого не знает.

— Она просто склочная дура, и поэтому, Мария, давай не будем тратить время на пустое перемывание костей, - сказал мой рот, но внутри начинал клокотать адский котел, полный черной кипящей смолы.

— Это так, но ее слушают все девушки при дворе.

— Лающую собаку слушает вся деревня, но никто не придает этому значения, Мария.

— Хорошо, тогда, расскажи про то место, где доят кур, - она уставилась на меня, как на хранителя какой-то сверхтайны и серьезно ждала рассказа о Москве.

— Этого места нет. Да и кур не доят. Понимаешь, это такая поговорка.