Край чужих земель

В огороде я насчитала семьдесят корней. Столько можно было наквасить на семью из троих, а вот на то количество народа, что есть в деревне, судя по словам Марисы, этого и до середины зимы не хватит.

— А морковь? – разглядев в траве всходы, где уже окреп третий лист, и пора было рыхлить, спросила я.

— И ее. Приходится сеять очень много. Детям лакомство. Сушим, а потом медом заливаем.

— У вас и пчелы? – удивилась я, осматриваясь.

— У нас? – удивленно переспросила Мариса. – В лесу много, там ведь дальше поля раньше были. Как зацветут, все поле гудит. А потом только знай ходи, да присматривайся, к какому дереву летят. Пока время было, Бирк и сам им борти мастерил. Выбирал дерево подупластее, оставлял кусок от найденного в лесу маточника, они быстро находили. Обживали. А к осени, глядишь, где и ведро можно намять, - ответила Марита.

— Сколько у тебя есть еще семян капусты и моркови? – спросила я, боясь, что она поприжмется, не захочет делиться.

— Сейчас, - она махнула рукой и быстрым шагом, перепрыгивая через ряды моркови, посаженной прямо в траве, и побежала к дому.

Руки тянулись повырывать все эти сорняки. Но снова шокировать и без того обалдевшую Лидию я не хотела. Она смотрела на все это огородное богатство, как на грязь, которая испачкает ее. Да, здесь, похоже, госпожой нужно было быть не мне, а ей.

Мешок из грубой тряпки содержал в себе еще мешки. В них-то и хранила Мариса свои семена. Умная баба. Запасливая, не жадная. Вот на таких земля и держалась всегда.

Семян капусты и моркови было на хорошее поле. Ей этого на сто лет, не меньше, но ведь запас карман не тянет. Я бы тоже столько собирала, коли жила в таких условиях.

— Госпожа, те, что я нынче высадила, уже зацвели, так что, семян будет свежих. Это уже видать сейчас. А зачем вы про них спрашивали? – она все еще не понимала, что у меня на них планы, а я собиралась с храбростью, чтобы попросить.

— Мариса, а ты не отдашь мне семян? Не все, конечно. Оставь себе, сколько надо на запас, мало ли, чего.

— Да их ведь ни заварить и выпить, ни с кашей ни съесть. Мы уж пробовали. С большого голода даже не проглотишь, - хохотнула она.

— Я их все посажу, Мариса. Чтобы была и капуста, и морковь на всю деревню и на нас, - смотря ей прямо в глаза, ответила. Улыбка на ее лице становилась все шире.

— Вот вы и шутница, госпожа. Да такого количества не обработать в жись. Это же надо крестьян с двух деревень, - серьезно сказала она, поняв, видимо, по моему лицу, что я не шучу. Лидия, до этого слушавшая нас одним ухом и помогающая девочке теперь держать оборону огорода от наглой козы, тоже открыла рот.

— Если они тебе нужны, не возьму. А если и правда свежие на подходе, то готова отдать за них одеждой.