Дочка и отец-одиночка

Подъезжаю к дому и взгляд невольно падает на окна квартиры. Там горит свет и кипит жизнь. Там меня ждут. Подхватываю покупки и поднимаюсь. На всю площадку пахнет жареным мясом. За дверью отчетливо слышны голоса. Замираю и прислушиваюсь. Смех Полины и Тоси, возня енота. Сердце сжимается от чего-то острого и хорошего.

Открываю. Первой на меня несется Тося, как маленький торнадо.

- Пап! Мы тебя ждали. Полина говорит, что ты герой.

Поднимаю ее на руки, обнимаю. Полина стоит на пороге кухни в футболке, с половником в руке. Улыбается. Так просто и так по-домашнему, что у меня перехватывает дыхание.

- Герой-герой, - фыркаю я, отпуская Тосю. - Чем это так вкусно пахнет?

- Ужином, - улыбается Полина. - Иди мой руки.

За столом царит мир и покой. Мы никуда не спешим, просто наслаждаемся моментом. Тося вдруг вздыхает.

- Утром опять в детский дом.…

Кладу руку ей на голову.

- Осталось совсем чуть-чуть. После суда уже никто и никогда тебя от нас не заберет. Обещаю.

Она смотрит на меня с безграничным доверием, и я клянусь себе, что не подведу. Никогда."

"После ужина вдвоем с Полиной укладываем Тосю. Она читает ей сказку тихим, спокойным голосом. Я сижу на краю кровати, слушаю и смотрю на них. Даже Миха притих, свернувшись калачиком в ногах. Картина настолько идеальная, что кажется ненастоящей.

Полина закрывает книгу, целует Тосю в лоб. Та уже почти спит.

- Пойдем? - тихо говорит мне.

Мы выходим, притворяем дверь. Моем посуду в тишине, плечом к плечу. Она моет, я вытираю. Иногда наши руки касаются, и каждый раз словно маленькая молния.

- Соскучился, - говорю я, и голос звучит хрипло.

- Я тоже, - она отставляет тарелку и поворачивается ко мне.

Мы пьём чай и говорим обо всем. О Нелюбине и его перспективах, о том, что будет дальше. Говорим легко, без напряжения, как будто так и было всегда.

- Царапкина, - говорю я, откладывая полотенце. Сердце колотится где-то в горле. - У меня никогда не было серьёзных отношений, семьи и всего такого.… Но я очень хочу попробовать. С тобой. Останься с нами.

Она смотрит на меня, и в ее глазах нет ни тени сомнения. Только тихая, светлая уверенность.

- Конечно, - мягкая улыбка трогает её губы. - Я хочу жить не как правильно, а как хочется. А хочется мне здесь, с вами.

Я притягиваю её к себе. Наш поцелуй начинается медленно, с пробуждения, а потом нарастает, как волна, требовательная, жадная, безвозвратная. Полина отвечает мне с той же силой, вцепляясь пальцами в мои волосы.

Я несу ее в спальню, не отрывая губ. Мир сужается до размеров этой комнаты, до дыхания любимой девушки, до её кожи, до ее тихих стонов. Всё остальное перестает существовать. Есть только она. Желанная, моя. И яркое чувство, что так будет всегда.

Глава 45. Полина

Утро начинается не с будильника, а с его губ на моей шее.