Дочка и отец-одиночка

Наша девочка, красная, взъерошенная, но невероятно гордая, отрабатывает последнее упражнение с партнером. Тренер хвалит ее, она кланяется и, запыхавшаяся, бежит к нам.

Кирилл подхватывает её на руки, кружит, а она визжит от восторга. Потом спускается на пол и бросается ко мне, обнимая меня за ноги, пахнущая детским потом и энергией.

- Мам, - выдыхает она, запрокидывая голову и сияя как маленькое солнышко. - Я сегодня сделала новый прием! Хочешь, покажу?

Слово «мам» звучит так естественно и так искренне, что у меня наворачиваются на глаза слёзы. Я приседаю перед ней, поправляю выбившиеся из хвостиков волосы.

- Конечно, хочу, - говорю я, и голос мой дрожит от переполняющих меня чувств. - Только давай дома, хорошо?

Она кивает и бежит собирать свои вещи. Я поднимаюсь и встречаюсь взглядом с Кириллом. Он смотрит на нас с такой нежностью и такой гордостью, что мое сердце замирает. Он молча протягивает руку, и я вкладываю свою в его ладонь. Крепкую, надежную, родную.

- Семья, - шепчу я.

Он слышит, широко улыбается и кивает.

Эпилог

Полина

Первое сентября начинается с хаоса. Будто могло быть как-то иначе, правда?

У меня из рук падает расческа, Тося не может найти один новый белый носочек, а из кухни доносится запах подгорающего тоста.

Наша будущая первоклассница сонная и мрачная. Легла поздно, ворочалась, волновалась, но, конечно, ни за что не признается. Я все больше замечаю, как в ней проявляются черты характера ее отца. Беру надувшуюся малышку за руку, веду в ванную, помогаю умыться и стою над душой, пока она чистит зубы, бормоча что-то невнятное под нос.

- Я не хочу, - вдруг заявляет она, вытирая лицо полотенцем.

- Не хочешь чистить зубы? - удивляюсь я.

- Не хочу в школу. Можно я останусь дома? С Михой.

Вздыхаю и глажу ее по растрепанной голове.

- Нельзя, солнышко, - стараюсь говорить как можно мягче, и тепло ей улыбаюсь. - Все когда-то идут в первый класс. И у тебя все получится. Не бойся.

- Я и не боюсь. Ещё чего! - она важно поднимает носик выше.

Смешная. Целую её в розовую щеку и слышу, как из кухни кричит Кирилл:

- Кофе готов! И, кажется, у нас сломался тостер. Я поджарил хлеб на сковороде.

- Супер, - закрываю глаза. - Кир, а что случилось с тостером? - спрашиваю громче, а Тося хихикает, шагая из ванной.

- Не знаю пока. Посмотрю, или новый купим, - беспечно отзывается он.

И правда, ничего ведь страшного. Это лишь тостер, а потом я вдруг кое-что понимаю и на душе становится тепло. Мой мужчина умеет чинить технику, и вероятно, делать что-то по дому своими руками. Это приятно. Виталик вот не умел, и мне приходилось самой искать мастеров, если в этом была необходимость."

"Мы с Тосей возвращаемся в комнату, и начинается самый сложный квест - облачение в школьную форму. Белая блузка с кружевным воротничком и серенький сарафанчик.