Леди-Гувернантка

Она, казалось, спала, подавленная темной душой. Но, по крайней мере, была жива.

Мне же была уготовлена иная участь. Более страшная и жуткая.

В тот момент, когда я поняла, что теряю остатки сознания, вдруг раздался оглушительный треск. Кто-то выбил дверь в комнату ребенка и миг спустя внутрь ворвались двое.

И уже проваливаясь в темноту, успела увидеть лицо Дарена, склонившегося надо мной. И его шепот:

— Вивиан! Не уходите! Вивиан…

Очередной всплеск силы придал некроманту непозволительной скорости. Перемещаться подобным образом в почтенном доме было верхом неприличия, но Дрейку сейчас было не до того.

Все, о чем он мог думать, это Вивиан и мальчик.

А за спиной, уже сообразив, что случилась беда, бежал Нортон Хейвуд.

В покои мальчика оба ворвались, а не вошли. Входная дверь открылась легко, но в гостиной никого не оказалось. Зато из спальни раздались шум и крик.

Нортон первым бросился к двери. Дернул с силой ручку, но дверь не поддалась, оказавшись запертой. Тогда Хейвуд отошел на шаг назад и с силой ударил плечом, пытаясь выбить дверь. Раздался хруст, когда Дарен добавил к удару друга магии. Преграды более не было. Мужчины ворвались в спальню мальчика и от увиденного у обоих похолодело сердце.

Картина была ужасной. Леди-гувернантка, мисс Эванс, лежала на полу в круге погасших свечей, прямо на рисунке пентаграммы, в то время как почтенная няня, миссис Форест, стояла напротив Адама и шипя, как дикая кошка, пыталась затушить пламя, охватившее ее платье.

Первым делом Дарен бросился к девушке. Она единственная казалась более пострадавшей, в то время как Нортон окатил няню своего ребенка водой из кувшина, предназначенной для питья мальчика.

— Вивиан, — проговорил некромант. В груди что-то сжалось. Страх пронзил сердце ледяной иглой.

Что, если она мертва?

Он еще не знал, что произошло в спальне Адама. Все мысли были о девушке.

Он просто не мог ее потерять. Пусть все, что угодно. Пусть предпочтет Нортона, лишь бы была жива.

— Не уходите! Вивиан…

Он подхватил ее, скользнул рукой по шее, нащупывая жилку пульса, и выдохнул с облегчением.

Жива!

Но что же произошло?

— Отец! — закричал Адам, когда Нортон, потушив пламя на платье миссис Форест, шагнул было к сыну. — Это она! Мама! Но она пыталась…

Что хотел сказать мальчик, Хейвуд не понял. Не успел, потому что Адам не договорил. Миссис Форест развернулась всем телом к хозяину замка, странно оскалилась, затем задрожала мелко, словно ее била лихорадка, а спустя миг повалилась наземь и из ее тела, поднявшись темной волной, выскользнула темная душа.

Рядом выругался Дрейк и, прежде чем душа успела просочиться вон сквозь стену, некромант вскинул свободную руку, метнув призрачную сеть, чтобы удержать темную сущность.