Лекарь Империи

Слушай, Фырк, ты ведь не очень-то любишь надолго покидать пределы этой больницы, верно? А что, если я тебе скажу, что знаю способ, как это можно исправить? Может, если бы ты мне немного больше рассказал о себе, о своей природе, я бы смог что-нибудь придумать? И ты бы смог свободно путешествовать со мной, куда захочешь.

Фырк на мгновение замолчал, потом как-то хитро прищурил свои огромные синие глазищи.

— А с чего это ты вдруг такой заботливый стал, двуногий? — проскрипел он. — Уж не задумал ли ты меня куда-нибудь продать на черном рынке магических существ? Или, может, решил поставить на мне какой-нибудь свой бесчеловечный медицинский эксперимент? Нет уж, спасибо! Меня и здесь неплохо кормят…

Он явно увиливал от прямого ответа, но я видел, что мои слова его зацепили. Этот маленький хитрец определенно что-то скрывал, и это «что-то» было связано с его привязанностью к этому месту. Или ко мне?

Вчера, вместо того чтобы завалиться спать после своего первого официального ночного дежурства в хирургии, я почти до утра просидел над книгами.

Во-первых, нужно было срочно готовиться к экзаменам на ранг подмастерья — я не собирался долго оставаться в статусе «подающего надежды адепта». А во-вторых, я все-таки надеялся найти хоть какую-то информацию о Фырке и его сородичах.

Увы, поиски пока не увенчались успехом. «Духи Больницы», «фамильяры-диагносты», «разумные бурундуки-целители» — древние фолианты выдавали лишь какие-то невнятные легенды, сказки и суеверия.

Ничего конкретного. Но я не терял надежды. Рано или поздно я докопаюсь до истины.

Лифт плавно остановился на пятом этаже, и я вышел в уже знакомый коридор хирургического отделения. В ординаторской, к моему удивлению, уже вовсю кипела жизнь.

За столом сидела Белочка-Борисова, сосредоточенно уткнувшись в какую-то толстую книгу. А у окна стоял сам Шаповалов и о чем-то оживленно беседовал по телефону, активно жестикулируя свободной рукой.

Я поздоровался со всеми и про себя отметил, что Пончика и Суслика пока не видно. Опаздывают, лежебоки. Хотя позавчера, когда они пытались меня сплавить с дежурства, они примчались чуть ли не раньше самого Шаповалова.

Видимо, сегодня у них не было такой острой необходимости демонстрировать свое рвение.

Шаповалов, заметив меня, коротко кивнул и, быстро закончив телефонный разговор, подошел к своему столу. Он достал из ящика бумаги и протянул их мне.

— Вот, Разумовский, держи. Это твой официальный договор о переводе в наше отделение. Я уже подписал. Осталась только твоя подпись.

Я взял бланк. Стандартный типовой договор, ничего особенного.

Ничего особо примечательного на первый взгляд. Я быстро пробежал глазами по основным пунктам — должность, обязанности, условия работы… И тут мой взгляд зацепился за графу «Оплата труда».