Леди Каладана

Люди Каладана не такие. – Он решительно тряхнул головой. – Но разложение старого имперского правительства – это причина того, что Союз Благородных набирает силу и убеждает в своей правоте все больше и больше аристократов – таких, как я.

Встревоженный Пол погрузился в сказанное отцом, стараясь решить проблему, как разбирался с заданиями, который давал ему Сафир Хават. Он снова спросил, но уже спокойнее:

– Ты на самом деле думаешь об этом? Вы не таковы, сэр. Ты согласился с Якссоном Ару теперь, после того как многое узнал о разложении императорского двора?

– Нет.

Но пока он считает, что я могу всерьез подумать об этом, я для него как зрелый плод, до которого он пока не может дотянуться, и именно это сохраняет безопасность Каладана – и твою. – Он положил ладонь на руку Пола. – В будущем тебе, как лидеру, придется сталкиваться с такими непростыми решениями.

Пол решил изменить подход.

– Но Якссон Ару убил на Оторио тысячи человек!

Вместо того чтобы ужаснуться, Лето устало вздохнул.

– Шаддам убил гораздо больше людей. Я могу вспомнить множество таких случаев.

Пол опустил голову.

– Мне трудно охватить это умом.

Лето горько рассмеялся.

– Отлично! Это означает, что ты стараешься постепенно разобраться в проблеме и решить ее самостоятельно. Ты действительно мой сын, Пол. Вот о чем я хочу спросить: насколько мы должны хранить верность коррумпированному Императору? Он происходит из древнего рода Императоров Коррино; некоторые еще хуже него, но среди них попадались и правители, действительно заботившиеся о народе.

Пол пытался разобраться, но мысли пошли кругом; юноша вспомнил рассказы о прежних отношения отца с Шаддамом IV, о скандалах и кризисах, произошедших еще до его рождения.

Знал он и о том, как поступил его дед с домом Колона, вероятно, по приказу Элруда IX.

Тем не менее он пришел к четкому выводу.

– В нашем роду было больше двух дюжин герцогов Атрейдесов, и наша служба длится больше и простирается дальше и глубже неприязни к одному человеку, каким бы коррумпированным и безнравственным он ни являлся. – Он встал с дивана и принялся расхаживать по комнате матери. – Мы храним верность Империи, а не Императору.

Громкий раскатистый смех Лето удивил сына.

– Да, Пол! Неважно, насколько плох Император Шаддам, но я чту Империю непоколебимой верностью.

Я верен трону, а не человеку. Империя существует десять тысяч лет, и, если не считать мелких неприятностей, Дом Коррино управлял ею все это время. – Серые глаза герцога стали серьезными. – Я не могу допустить ее падения из-за недавних непопулярных решений. Иногда мне кажется, что системой, которая просто создана для коррупции, должен управлять плохой или просто упрямый человек. Но общая картина намного шире, и я верю в это.