Музейный артефакт
В запасниках Эрмитажа молодой историк Трофимов находит старинный перстень, про который среди старых сотрудников ходят жутковатые истории. И действительно, в нем много странного: начиная от надписи внутри и кончая физическим составом. Но никто не может предположить, что это действительно перстень Иуды, который в далеком прошлом изменил не одну судьбу: и ученика чернокнижника Кфира, и профессионального убийцы-ассасина Фарида. Теперь, украденный из музея, он меняет жизнь вора по прозвищу «Студент».
Зато он отпустил светлую бородку, которая по замыслу должна была придавать ему солидность, но на самом деле выглядела несерьезно и неряшливо."
"Ави принимал больных в доме своего отца Эльмуда. Приемную он оборудовал точно так же, как у Кфира, заклинания использовал те, которым научился у Кфира, даже слова и манеры полностью повторяли слова и манеры Учителя. И пациентов ему передал Кфир. Больше того, наиболее сложных больных по-прежнему лечил Кфир. Правда, Ави все реже и реже призывал на помощь своего Учителя, и такая самоуверенность иногда приводила к печальным результатам. И хотя все врачеватели помнили ужасный конец Мар-Самуила, Ави самонадеянно не примерял его пример на себя.
Но сегодня бывший ученик поступил по-другому и после долгого перерыва позвал своего Учителя. Страдающего сердцем звали Мамерк, он владел давильными прессами, на которых отжималось почти все оливковое масло провинции. За исцеление он посулил тысячу золотых динариев – целое состояние, за которое можно было купить стада волов, овец, женщин, и еще на несколько поместий хватило бы. Но Ави не мог облегчить его страданий.
Кфир приступил к осмотру.
Мамерк был толст, когда он скинул хитон, стало видно, что колышущееся жиром тело напоминает медузу. Тяжелое дыхание было сиплым, а синяя кожа вокруг губ – верный признак того, что жить бедняге осталось недолго.
– У него грудная жаба, Учитель, – сказал Ави. И почтительного тона, и уважительного обращения Кфир не слышал от ученика уже давно.
– Да, тут ты прав, – лекарь провел рукой вдоль тела пациента, но перстень не послал целительную молнию в грудь больного. И это тоже был плохой признак.
– Выйди во двор, Мамерк, подожди там, – сказал Кфир.
И когда они остались наедине, покачал головой.
– Я не могу ему помочь. Сердце изношено, оно не поддается моему воздействию…
– Но тогда, может быть, надо заменить его другим? – спросил Ави.
– Не знаю, удастся ли это…
Кфир развел руками.
– Но ты заменял почки, пришивал руки и ноги! – напористо сказал Ави. – Почему бы не поменять сердце? Мамерк хорошо заплатит, я смогу купить свой дом с большим садом… И ты получишь пятьсот золотых динариев – это очень большие деньги… Все честно, учитель!
– Сердце – главный орган человека, оно качает кровь по жилам. Я никогда не заменял сердце…
– Можно ведь попробовать, – настаивал Ави.
Кфир задумался.
Достать новое сердце нелегко. Пинхас постарел и отошел от дел. И сам Кфир уже давно не берется за трудные пересадки, его имя и авторитет сами по себе дорого стоят, а перстень позволяет исцелить многие болезни, хотя сегодня почему-то не захотел помочь…
– Назначь день операции! – попросил, нет, скорей потребовал Ави.
















