Музейный артефакт

Я понимаю, что в это все трудно поверить, но факт остается фактом…

Хозяйка «проснулась».

– Это хорошо, что он обжегся. Точнее, хорошо, что вы все видели своими глазами, – поправилась она. – И хорошо, что вы очень точно подметили неправдоподобную сохранность. Как будто его сделали только вчера! А ведь ему сотни, если не тысячи лет!

Трофимов взбодрился.

– Да, это явная странность! Так что вы о нем знаете?

Хозяйка поджала губы и уставилась на выкрашенную серой масляной краской стену, как будто пронзала ее взглядом, но разглядывала не соседнюю квартиру, а заглядывала в далекое прошлое.

– Перстень поступил к нам в тридцать восьмом году из НКВД как изъятая у врага народа культурная ценность. Он уже тогда мне не понравился. Не потому, что мне не нравилась охота на «врагов народа», хотя она мне тоже не нравилась… А потому, что было в нем нечто эдакое… Пугающее… Неестественное… Этот лев или кто он там… Он был как живой!

Она вздохнула.

– Помню, меня позвала к себе Ольга Самсоновна – тогдашняя заведующая отделом, поручила осмотреть изделие, произвести первоначальную оценку: год и место изготовления, имеет ли культурную ценность, описать, составить паспорт, решить вопрос – выставлять ли его в экспозиции…

Марья Спиридоновна сделала паузу.

– Она сказала, что скорей всего это не историческая реликвия, а поделка времен нэпа, ширпотреб… И…

– Что? – нетерпеливо спросил Иван.

– И льву это не понравилось! – выпалила Марья Спиридоновна.

– Как это?!

– Не знаю. Я не хочу углубляться в подробности. Но через два дня мужа Ольги Самсоновны арестовали. А вскоре и ее сослали в Казахстан как члена семьи изменника Родины…

– Вы думаете, из-за перстня? – не выдержал Иван.

– Не знаю. Мало ли в те годы людей арестовывали. Но мне казалось, что лев как-то повлиял… Хотя говорить об этом я не могла! И не говорила. Но потом как-то мне захотелось надеть его на палец…

Марья Спиридоновна вновь замолчала.

– И что?

– И я надела. А он вцепился в руку, и я не могла его снять!

Пожилая женщина разволновалась, на лице ее проявились красные пятна.

– Слесарь пытался распилить, но только порезал мне палец и сломал ножовку, а на нем даже не осталось царапин! Этот кошмар длился два дня, я чуть не сошла с ума! – она повысила голос. – А потом по какому-то наитию я пошла в церковь. И он сразу спал с руки…

Мария Спиридоновна замолчала и поднялась.

– Я согласилась на эту встречу, чтобы вас предостеречь. Юноша, убери подальше эту ужасную вещь и никогда ее не трогай! Вот тебе мой совет!

* * *Киндяев получил выговор за нарушение правил пожарной безопасности, что выразилось в курении на рабочем месте, результатом чего стала производственная травма.