Люблю тебя врагам назло
Он — детдомовец, человек без детства и хулиган.Она — дочь богатого бизнесмена, красавица и активистка.Эти двое людей из разных миров не должны были встретиться. Но судьба распорядилась иначе.Неудобная, запретная и всепоглощающая любовь неожиданно врывается в их жизнь.Она рушит планы и меняет приоритеты.Теперь они видят смысл только друг в друге.Но сможет ли настоящее чувство противостоять агрессивной внешней среде? Есть ли у влюбленных шанс отстоять свое право на счастье, когда целый мир против них?В тексте есть: первая любовь, запретная любовь, очень эмоционально
Мы с Венерой пристроились у небольшого второстепенного бара, где достаточно хорошо обозревался их праздник, а также открывался отличный вид на танцпол. Шансы быть замеченными парнями были ничтожными.
На свой мальчишник Лева пригласил человек семь. Как мы и ожидали, среди них были и Фед, и Артем. Ребята были одеты с иголочки и выглядели очень веселыми. Они олицетворяли дух богатства, молодости и были типичными представителями золотой молодежи.
Мы с Венерой молча наблюдали за парнями минут двадцать, и сказать, что я испытала шок от увиденного, ничего не сказать. Причиной моих выпученных глаз, вытянувшегося лица и отвисшей челюсти был отнюдь не Фед, как можно было подумать, зная цель нашего визита в клуб.
Мое удивление вызвал человек с внешностью моего парня. Но он вел себя совсем не как Артем. Его взгляд, улыбка и манеры были чужими. Я никогда не видела его таким раньше. Новый, неизвестный мне Артем был раскрепощенным, вальяжным и каким-то развязным.
Когда к их столу подошла официантка, он что-то долго говорил ей на ухо, а потом (О ужас! Вырвите мне глаза!) смачно хлопнул ее по заднице! Девушка довольно захихикала и, одернув короткую юбку, которая слегка задралась от его шлепка, удалилась.
— Ого, да твой сегодня в ударе! — Венера тоже заметила эту отвратительную сцену.
Я сглотнула и, как зачарованная, продолжала смотреть на Артема. В те минуты я вообще не видела ничего, кроме своего парня и его похотливых взглядов, которыми он одаривал проходящим мимо девушек.
Меня вдруг бросило в жар, и я почувствовала, как от липкого пота увлажнилось тело.
— Это она! Вика Караулова. На том фото Фед обнимался с ней, — Венера, чуть подпрыгнув на месте, ткнула пальцем в сторону полуголой намазанной маслом танцовщицы, которая уверенной походкой направлялась к парням.
Завидев девушку, они стали радостно приветствовать ее. Лева Гущин поднялся с дивана и чмокнул ее в щеку. Следующим к Вике подошел Фед. Я почувствовала, как стоящая рядом Венера напряглась.
Танцовщица обвила парня руками и прижалась к нему всем своим масляным телом, а он обхватил ее за талию. ""Да уж, хана его футболке,"" — подумала я.
Отпустив Феда, Вика что-то шепнула ему на ухо, а затем переключилась на Артема.
Мой парень, в отличие от своих друзей, так и остался сидеть на стуле и разговаривал с девушкой, чуть задрав голову вверх.
Видимо, Вика очень смешно пошутила, иначе я не могу объяснить взрыв хохота, которым разразился Артем. Продолжая смеяться, он коротко похлопал по своим коленям ладонями, и через мгновенье она (Твою мать! Что тут вообще происходит?!) уселась на него.
В голове мелькнула мысль, что надо бы метнуться к ним и отодрать эту дрянь, приплипшую к моему парню. Но я будто приросла к полу. Не шевелилась и, казалось, даже не дышала.

















