Магические близнецы в наследство

После услышанного ничего хорошего от них ждать не приходилось. Да даже не знай я, что у них на уме, все равно бы не пустила. Потому что нормальные бабушка с дедушкой никогда бы не отказались от внуков!

– Мы войдем, – скорее утверждая, чем спрашивая, дамочка шагнула вперед, тут же останавливаясь и поднимая на меня недоуменный взгляд, ведь с прохода уходить я не планировала. – Эм… – занервничала она, – Патрисия? Ты позволишь войти?

– Думаю, что нет, – отрицательно качнула головой.

– Что значит нет? – вскинул кустистые брови ""дядя"". – Мы вообще-то к внукам приехали!

– Это к каким именно? – усмехнулась, принимая воинственный вид, так как эти игры мне надоели.

– Которых вы не видели… сколько лет? – прищурилась, наблюдая растерянность на лицах дорогих родственничков.

– Ты не имеешь права нам отказывать! В конце концов мы ближе им по родству, чем ты! – возмущенно взвизгнула женщина. – Дети! – заорала она на всю улицу. – Дети, ваша бабушка приехала…

– Еще хоть один визг, – зашипела я, угрожающе выходя на крыльцо и выставляя вперед руку, мечтая вышвырнуть их отсюда, – и вылетите пробками отсюда! Не нужно втягивать в свои грязные игры детей! Ясно вам?! Бабушка с дедушкой! – едко выплюнула, чувствуя, как ярость затмевает разум.

– Где вы были, когда детям требовалась помощь?! Где вы были, когда ваша дочь скиталась по улицам?! Ах… точно! – усмехнулась я. – Ведь это все ваших рук дело! ВЫ ОТКАЗАЛИСЬ ОТ НИХ! А теперь, будьте так любезны, уносите отсюда свои дряблые тела!

– Ах ты… – мужчина затряс своим трехскладочным подбородком, – сжимая пальцы в кулаки. – Мы пойдем жаловаться герцогине Брандербург! Ведь она стоит во главе опекунского комитета, если я не ошибаюсь! Это лишь вопрос времени! Но то, что ты скоро вылетишь отсюда и земля с домом будут наши…

– Ну кто бы сомневался! – взревела я, угрожающе рыча.

– Земля?! Дом?! То есть именно это вас интересует?! Не дети! Пошли вон отсюда!

Меня всю трясло от ярости. Едва удерживала себя, чтобы не вцепиться в обесцвеченные кудри напыщенной индюшке, которая хлопала своими ресницами и постоянно открывала-закрывала рот, словно выброшенная на берег рыба.

– Пошли, Тариус! – фыркнула дамочка, проявляя свое истинное лицо. – Недолго ей радоваться привалившему наследству! Заберем детей себе и все прилагающееся тоже! Она даже не замужем! Так что все карты у нас в руках!

– Да, дорогая! – закивал мужчина, бросая на меня едкий взгляд.

– Так и поступим!

Смотрела им вслед, готовая заорать во весь голос."

"«Никогда себе не прощу, если не отстою детей! Никогда! Эти… убогие загнобят малышей! Боже, за что?! За что им все это?! Да если бы помыслы этой скудоумной парочки были чисты и их волновали именно дети, а не то, что к ним прилагается, то я бы отступила.