Малышка его мечты (СИ)

 — И это несмотря на то, что я отказался от женитьбы на тебе?

Что ж, если он думал, будто я возненавижу его за этот поступок, то просчитался. Мстительность — не моя черта.

— К твоей внешности это не имеет никакого отношения, — не солгала я. — И вообще, наверное, ты был прав. Двум, по сути, совершенно незнакомым людям не стоит жениться вот так сразу, без попытки узнать друг друга лучше. К тому же ты был обманут, ведь ожидал вовсе не моего приезда.

— Ты снова оправдываешь меня, — горько улыбнулся Михаил. — Даже удивительно, сколько добра и света может быть в одном человеке. Рядом с тобой, Маша, мне хочется верить в чудеса. В то, что еще остались на этом свете люди верные, готовые любить вот так просто, не требуя ничего взамен. Не искать лучшей доли, не стремиться к головокружительным приключениям на пятую точку и опасностям.

Чем дольше он говорил, тем сильнее я убеждалась в том, что речь идет не о настоящем. Он рассуждал о Катерине. Той, кого любил до безумия. И кого потерял навсегда.

— Тебе все еще больно? — спросила я.

В каком-то чувственном порыве протянула руку и коснулась его лица. Провела пальцем вдоль глубокого шрама, словно пытаясь заживить его.

Глаза Михаила были полны боли. Той, что он научился так тщательно скрывать за маской равнодушия и эгоизма. На секунду мне показалось: сейчас он оттолкнет, вновь спрячется в своей непроницаемой раковине.

Но нет, он этого не сделал.

Напротив, прикрыл глаза и улыбнулся. Не то собственным мыслям, не то радуясь моему прикосновению.

— Первая любовь - это то, что будет преследовать нас всю жизнь, — поделилась я собственными наблюдениями. — Но на этом не стоит зацикливаться. Шоу маст гоу он, как говорит моя подруга. Катерина осталась в прошлом, а впереди еще целая жизнь.

Михаил рассмеялся и коснулся подушечкой указательного пальца кончика моего носа.

— Я больше не думаю о Катерине, малышка, — признался он. — До тех пор, пока я винил себя в ее пропаже и, возможно смерти, было действительно тяжело. Но потом отпустило. Сразу после того, как я узнал, что…

Он замолчал и нахмурился. Лицо его стало хмурнее тучи.

— Узнал о чем?

Наверное, не стоило задавать ему этого вопроса. Он и без того сильно разоткровенничался. За несколько минут сказал больше, чем за все прошлые встречи. Мы словно сделали огромный шаг навстречу друг другу, сблизились, как никогда прежде. Глупое любопытство могло загубить все это на корню.

Михаил посмотрел на меня, и глаза его сверкнули холодной сталью:

— Она жива, Маша.

— Катерина?! — зачем-то переспросила я.

Он кивнул и снова о чем-то задумался. А я онемела на несколько секунд.