Мемуары голодной попаданки

Как проработала в доме лет двадцать, так и продолжает работать.

И осекся.

– А меня тогда ты к себе в качестве кого зовешь? – обрадовалась я появившейся лазейке для отказа от лестного предложения Алена.

– Ну-у-мн…, – замялся градоначальник.

– Ее помощницы? – подсказала я.

– Ну, да…

– То есть ты мне предлагаешь перейти с должности экономки на должность помощницы стряпухи? Другими словами, стать девочкой на побегушках, при том, что сейчас я сама раздаю указания и отчет держу только перед хозяином.

– Я понял, – загрустил Ален, – мое предложение не столь заманчиво, как мне до того казалось.

– И кроме того, – решила я добить горе-любовника, – не думаю, что Захарию понравится легкомысленное отношение кого бы то ни было к его родственнице.

– Но ведь я же…, – подобрался мужчина, – со всем уважением.

– Но без официального брака, – добила я растерявшегося ухажера.

– По взаимному согласию и ко всеобщему удовольствию, – во дает, в упор не понимает всей бестактности своей инициативы!

– Девицам подобные предложения не делают, – я наигранно потупила глазки.

– Что? Как? Но я думал…, – растерялся градоначальник.

 – Так вот почему так Захарий переживал!

В ответ я лишь многозначительно улыбнулась. Мол, верно мыслишь, дорогой.

– Ошибочка вышла! Захарию ни слова, – наконец, сориентировался Ален. – Девочка моя, я попытаюсь реабилитироваться в твоих глазах!

И он реабилитировался! Со всем почтением и уважением, на какие был способен. Мы совершили пешую прогулку по городскому парку, покормили лебедей на небольшом, но очень чистом и ухоженном озере, посмотрели новую постановку уличного театра. Завершающим развлечением оказалось посещение скачек.

Местная знать просто обожала проводить выходные на «ипподроме», делая ставки и проигрывая иной раз целые состояния. Вот только самое интересное выяснилось в здании очень похожем на театр или музей моего мира. Стены огромной залы, завешенные будущими участниками забега, их биографией в соревнованиях и шансами на победу, заставили меня открыть рот от удивления. Потенциальными призерами оказались … жабы! Именно их холили и лелеяли владельцы, продавали и покупали по безумным ценам, на них возлагали серьезные надежды, сколачивали внушительные капиталы либо проигрывали целые состояния.

Самая удобная ложа, естественно, досталась градоначальнику со спутницей, то бишь нам с Аленом. Имея возможность видеть происходящие жабьи гонки с наиболее выгодного ракурса, я прониклась всеобщим азартом и весело болела за черную призершу предыдущих забегов, на которую поставила чисто символическую медяшку. Не могу сказать, что развлечение меня покорило, но время провела с большим удовольствием.