Мой бывший муж

Нокдаун или нокаут? Мне было плевать, кто выиграет, главное, чтобы это все закончилось! Полонский, мерзавец, с рассеченной бровью стоял. Опять в крови весь и на меня смотрит.

– Идиот… – выругалась тихо. Не выдержав, платок из сумочки достала, вскочила и на ринг бросила.

– Десять! – объявили громко. Все, нокаут. – Поздравляем победителя! – заорал анонсер, рефери захотел поднять руку Вадиму, но тот нагнулся и подцепил мой платок. К лицу прижал… Потом его руку вздернули – зал загудел, разрываясь в овациях. Макс поднялся, головой тряхнул… Сдержанно Вадиму кивнул и протянул руку.

Тот ответил не менее сухо. Надеюсь, на этом их вражда закончится. А я…

Костик, Борис и Ник уже забрались на ринг и поздравляли победителя. Я видела, что и к Максу подходили. Костик даже обнялся с ним по-братски. Ну что же, я тоже должна сказать что-то. Ставка же.

– Кать… – ошалела Светка, когда я через канаты перелезла.

– Прекрасная леди тоже решила поздравить победителя? – меня заметил лощенный конферансье.

– Идиот! – и я отвесила Полонскому легкую пощечину. – Я тебе не ставка.

Да, нельзя бить людей, но у меня ситуация критическая.

Тем более они уже побитые. Зал замер. К Максу, исподлобья наблюдавшему за этой сценой, я тоже подошла.

– И ты идиот, – и его тоже ударила. Потом ушла под бурное ликование зрителей.

Я не ждала Светку, не отвечала на звонки, молча ехала в такси, раздумывая, когда моя жизнь превратилась в Санта-Барбару? Двое мужчин, с которыми у меня неопределенные отношения. Они так ожесточенно дрались, но сердце болело за одного. И что с ним делать, с сердцем этим?.. А с памятью что?..

Я люблю тебя, Катя. Люблю, понимаешь? Любую любить буду.

Даже если рота солдат у тебя была! Если ты станешь толстой, начнешь курить, ругаться матом и начнешь кормить мерзких голубей, а они будут гадить на мою машину!

Вадим все делает с размахом! Женится. Разводится. Уходит. Возвращается. Ненавидит. Любит.

В чем-то он смог меня удивить. Вадим, который покорно принимал факт другого мужчины в моей жизни, моей близости с ним, чувств к Максу, какими бы они ни были – это необычно и странно. Совсем не похоже на самцового эгоиста Полонского.

Тот предал нашу любовь и семью. А этот что? Да, он способен признавать ошибки и делиться личным – страхами, проблемами, сомнениями, – но это не убережет от очередного увлечения, если оно замаячит на горизонте.

Людям необходимо верить. Их нужно прощать. А если не можешь забыть? Утро. Муж с запахом другой женщины. Слезы. Развод. Жизнь отдельная от меня. Улыбки, время, внимание, оказанное не мне…

Я тряхнула волосами и вышла из такси. Не могу об этом думать. Понять не могу. Сложно.

Пришла домой, выключила телефон, звонивший и сигналивший сообщениями, в душ отправилась.