На изломе чувств

Твой отец жив и сейчас в клинике, кстати недалеко от нас, но пока мы к нему не поедем, его должны привести в относительную норму. И, Оля, не сюсюкайся с ним, будь строже и самое главное- не смей его жалеть. Ты меня поняла?"

"- Поняла. Спасибо вам. Я обязательно отдам вам деньги за его лечение, как только накоплю. Думаю, это будет совсем скоро, через пару дней. И те двенадцать тысяч вам верну. Ну за лечение конечно все сразу не получится, но я частями.

- Круто. Я о чем-то не знаю? За день моего отсутствия ты нашла работу?

- Не совсем. Об этом пока рано говорить. В любом случае знайте, что я вам все верну.

- Буду узнать, Оля. Буду знать.

- Это сарказм?

- Не знаю, - кидаю очередной окурок в снег и вновь смотрю на Олю. Какая же она маленькая, худенькая, ощущение, что возьмешь в руки и тут же что-то ей сломаешь. Может к врачу ее отвести? А этот свитер. Ну, мама дорогая, действительно убогий. Зачем его постоянно надевать на себя?

- Мне он просто нравится. В нем удобно, он прикрывает все, что нужно, я же не на подиум иду. А дома можно ходить в чем хочешь, - отлично, она еще и мысли читает, хотя скорее это было написано у меня на лице. – Если вам так не нравится, хорошо, я его больше не буду надевать.

- Ладно, хватит трепаться на морозе. Пойдем пить кофе. И давай еще раз покажу кнопки. Я показываю-ты запоминаешь. Не запомнила- переспросила. Ясно?

- Ясно.

***

Ни хрена там не ясно. Я четко понял одну мысль-когда ей что-то показываю, она меня боится, сразу начинает теребить края кофты и как будто вжимает в себя голову. Неужели я настолько страшный, ведь я даже на нее не ору? Риторический вопрос, Озеров. Тебе на него вряд ли ответят. Ложусь в кровать и пытаюсь заснуть. Завтра много дел, надо приобщать Олю к городской жизни, ибо потом мне будет просто некогда.

Это становится какой-то традицией- просыпаться от ароматов выпечки. На часах шесть утра. Господи, да что ж такое. Во сколько она встала-то? Встаю с кровати, быстро умываюсь и спускаюсь вниз. Оля уже сидит за столом и что-то читает.

- Доброе утро, Оля.

- Доброе. Кофе?

- Который на кнопочках.

- Ага.

Встает из-за стола и на удивление справляется с кофемашиной. А я только сейчас замечаю, что на ней нет этого убогого свитера, а какое-то вполне себе милое платье. Если бы не черный цвет, то вполне себе ничего, а так это еще больше подчеркивает ее худобу. Но главное в ее наряде, барабанная дробь, - колготки. Кажется, мне такие же мама надевала в лет пять, а они все, сука, сползали и висели на заднице. Тут конечно может тоже висят, но благо платье все прикрывает и мне этого не узнать.

- Вы на меня опять странно смотрите. Что-то не так с колготками? Там дырка? - ах там еще и дырка может быть. Ну, круто. Господи, Озеров, о чем ты думаешь?

- Нормально все там.