Наследник для нелюбимого

Это было похоже на помутнение рассудка, безумство, но я еще никогда не была такой зависимой от близости с человеком. К тому же, знала которого меньше двух месяцев… Безумство же?

Спустившись вниз, я взглянула на часы и взяла в руки телефон. Желание набрать номер Руслана и услышать его голос было так велико, что я даже не стала ему сопротивляться. Мужчина ответил мне почти сразу, мое сердце в груди сделало счастливый кульбит, когда я услышала его тихий и немного встревоженный голос:

— Женя… что-то случилось? — спросил он.

Случилось? Я и сама не понимала, что случилось, но что-то изменилось после вчерашней ночи, это определенно.

— Уже поздно… — я поддалась порыву и позвонила ему, но не рассчитывала, что он ответит, и совсем не знала, что сейчас ему сказать. — Я… собиралась идти спать, но хотела тебя увидеть перед сном… — сказала то, что чувствовала.

Возникло долгое молчание, я слушала тяжелое и жесткое дыхание в динамике, представляла лицо Руслана, и мне почему-то казалось, что он хмурился в эту минуту. Затем послышался какой-то странный звук и все стихло, а он разъединил звонок.

Не успев ощутить отчаяния, что моя попытка сблизиться потерпела фиаско, я повернула голову, чувствуя, что нахожусь в гостиной не одна.

За спиной стоял Руслан. Но почему я не услышала, как открылась входная дверь?

— Я только что вернулся. Много работы. Ждала меня?

Расслабленной походкой он подошел ко мне, сосредоточил серьезный взгляд на моем лице, пока мое сердце трепетало в груди, словно пойманная в клетку птица. Я опустила глаза на его чувственный рот, и поймала себя на том, что мечтаю, чтобы он меня поцеловал.

— Решилась мне позвонить? Приятная неожиданность.

И большой шаг навстречу. Ты переехала в мою спальню? — его холодная невозмутимость была маской, потому что глаза горели огнем.

— Твою? — я слабо улыбнулась.

— Пока мою, да. Нашей она станет, когда ты станешь моей женой…

- Ты голоден? Ужин сегодня готовила я сама, — бросила на него беспомощный взгляд.

Разговоры о предстоящей свадьбе, как и упоминания об Игоре, вызывали внутри смятение и страх.

— Я голоден, — одобрительно проговорил он и сжал меня в своих руках, наклоняя голову. — Начнем с кухни? На это намекаешь? — в голосе послышались ироничные нотки, но я чувствовала, что он не шутит.

— Руслан… — он не дал мне произнести больше ни звука, запечатал рот поцелуем, а у меня не осталось сомнений, что он знает, какое впечатление производит на меня, и просто упивается этим.

Его влажный язык грубо проник в мой рот, а руки сжали ягодицы. Мы вчера несколько раз подряд занимались любовью, по идее голод должен быть утолен, но сейчас я снова хотела с ним близости, но элементарно боялась навредить малышу такой активной сексуальной атакой.