Особые полномочия на любовь

— Ну почему ты мне не рассказала?! Не вижу состава преступления!

Закрывает лицо руками.

— А мой следователь видел. Сказал: я сяду на двенадцать лет. А сначала был очень милым… И оказывал мне знаки внимания, как женщине. Но когда я посмела не ответить взаимностью… он резко переменился. Стал груб, циничен… Стал угрожать. Яра сказала, что их учили работать с людьми и по подобным схемам.

— Твою мать… С преступниками, Эва, с преступниками! С террористами, убийцами, маньяками!

— Как-то невольно я оказалась в этих рядах.

— Его накажут.

— Кто?…

— Я!!

Ладно, чёрт возьми, я прощаю тебя, женщина.

Ты имела все основания считать меня мудаком. Я хочу попробовать ещё раз. Но только как прикоснуться к женщине после таких обвинений?!

И словно мониторя мои мысли, Эва несмело ложится головой мне на колени и закрывает глаза. Наши взаимные барьеры вдруг обрушиваются. Зависаю рукой над мокрыми волосами. И меня прорывает:

— Маленькая моя… бедная девочка… — глажу её успокаивающе. — Я всех уничтожу, кто тебя обижал. Теперь ты снова живая. И ты под моей защитой.

Глава 49

Продать душу

ВикторПозвонив Андрюхе с Сергеем, даю распоряжения о том, чтобы сняли по Эве ориентировки.

Поглаживая её влажные волосы, подтягиваю ближе планшет, продолжая разбирать сканы допросов по делу этой группировки.

— Эва… — практически беззвучно произношу я.

Эва… это её имя, да. Нежное… открытое… наивное… Очень ей подходящее.

Сведя к переносице свои красивые брови вразлёт, застывает взглядом на противоположной стене. Пряча взгляд, закрывает глаза. Плавно скользит мне за спину, руки ложатся на мои плечи.

— Работай, Виктор… Не буду мешать…

Со стоном разминаю шею, её пальцы мягко массируют мои окаменевшие от усталости мышцы.

Закрываю на пару минут глаза. От неё пахнет цветами и дождём. Очень хочу… но я стою на предохранителе. Который в прошлый раз она сорвала. И я сожалею об этом теперь. А сейчас, пока я не отдал ей в руки Софию и пока не отмыл перед системой, не хочу ей позволять это делать. Не хочу, чтобы выкупала. Хочу подарить."

"Это так устроено, да. Если ты хочешь владеть чем-то ценным, в это надо вложиться перед тем, как взять. Пока что я не вложил по факту ничего, но взял много. И в результате практически потерял.

Потерял бы, если бы не Диляра у меня в плену, и София — у Мамедова.

Спину ломит. И я ложусь навзничь, чтобы видеть её глаза.

Спускает с плеч плед… Мои веки становятся тяжёлыми, взгляд спускается к затвердевшим соскам…

— Не надо… — закрываю глаза.

— Потому что ты устал?… Я всё сделаю сама…

Перекидывает через меня бедро, садится сверху. Тонкий изгиб талии красиво переходит в идеальную линию бедра. Моя ладонь неконтролируемо изучает этот манящий изгиб.

— Не поэтому… — ссаживаю её с себя.