Назад в СССР 4

 — Столько этих физиков развелось, запутаться можно.

***

Заключение о вскрытии было готово на следующий день. Полищук даже сразу привез нам копию. Горохов забрал документ с порога, выхватил, как горячий пирожок, и понес нам.

Следователь разложил на столе документ, уже в пятый раз вчитываясь в каждое слово в выводе судмеда:

— Ничего не понимаю, — озадаченно скреб он макушку. — Написано, что наличие алкоголя в крови не обнаружено и причина смерти не установлена. Этот Обрезкин совсем охренел?!

Бум! — Горохов хлопнул кулаком по столу:

— Ну я ему устрою!

— Как такое может быть? — Катков взял бумажки и сам стал вчитываться. — Я, конечно, не верю во все эти штуки с магией, но такое впечатление, что на стороне Погибова колдовство или порча какая-то…

— Да брось, Алексей, ерунду городить, — поморщился следователь. — Ты же умный и интеллигентный парень, столько читаешь. Если Иван и причастен к смерти Галины, то в таком случае он использовал лишь одну магию, которая называется “руки-из-правильного-места”. Он спец, а не волшебник. Вся надежда на вскрытие была, а трупорез хренов знатно делу подгадил.

— Никита Егорович, — вмешался я. — Скорее всего, Обрезкин не виноват. Он использовал лишь доступный в глубинке инструментарий и методы. Тут нужны более обширные исследования. В область надо материалы отправить. А вообще, при таких сомнительных результатах они сами образцы тканей и органов на гистологию и токсикологическое исследование направлять должны."

"— Так и есть, — закивал участковый, все еще стоявший в дверях, только за порог осмелился шагнуть. — В область вырезы поехали. Кузьмич мне лично отчитался.

— Мутный какой-то он, — поморщился Горохов. — Ты, Яков Федорович, приглядывай за ним. Интуиция мне подсказывает, что смерть Галины и пропажа четырех женщин корни общие имеют. И сейчас это единственная зацепка.

Сомневаться тут, по-моему, было нечего, но участкового будто молнией прошибло.

— Вы думаете, тот, кто убил женщин, и Галину порешил? — Полищук снял шапку и протер кокарду. — Но нет же следов насильственной смерти у охотницы. Может, сама крякнулась?

— Это вряд ли, — вмешался я. — Здоровья у нее вагон был. Будем ждать областного заключения. Там и приборы у них наверняка имеются, хроматографы разные.

— А ты откуда в делах морговых разбираешься? — Горохов не переставал удивляться моим способностям.

— Так у нас в школе судебная медицина кратким обзорным курсом преподается, — слукавил я. — Я атлас и справочник по ней перед сном читал. Занятная штука, оказывается. Даже как-то раз грешным делом подумал, что зря на медицинский не поступил. Собирался же…

Собирался, только это был не я. А исконный, так сказать, жилец этого тела.

— Ты, Петров, ерунду не мели.