Назад в СССР 4

Старший смены из числа офицеров затерялся где-то в глубине дежурки и не высовывал носа на мороз.

Вперед вышел рослый курсант:

— Увольнительную показываем.

Я не сразу узнал его. Приглушенный, еще не разгоревшийся свет по-ночному лениво отбрасывал тусклые отблески ему в спину. Но голос показался знакомым. Я пригляделся. Да это же Сипкин. Теперь и он меня узнал. Хмурился и переминался с ноги на ногу. Я вернулся с выходного, а он ночь на посту простоял, как пес сторожевой. Вот и чувствовал себя неуютно перед недругом.

Я засунул руку в карман. Потом в другой, третий. Блин. Разрешительный листочек пропал. Вот черт. Этого мне еще не хватало.

— Увольнительная где? — Сипкин уже оживился и не чувствовал себя так ущербно.

Расправил плечи и приосанился. Говорил громко, чтобы старший услышал, что дремлет наверное втихаря в кресле.

Я сделал еще одну отчаянную попытку найти увольнительную. Но тщетно. Потом вспомнил, что Соня рубашку мне выстирала, высушила на батарее и погладила с утра. А листок этот на подоконнике так и остался. Если за ним в общагу метнуться, то на развод опоздаю, а это уже самоволка.

— Слушай, Сипкин, — начал я переговоры. — Дома забыл документ. Ты по журналу проверь, вчера я выходил, там данные увольнительной вписаны. Пропусти так. Я документ восстановлю, ну, или привезут мне его.

— Не положено! — радостно заявил Сипкин. — Выход за пределы территории школы без увольнительной считается самоволкой. Вы задержаны до прибытия начальства.

— Ага, щас. Я тогда на развод опоздаю.

— Товарищ лейтенант! — завопил Сипкин, видя, что я намереваюсь пробиваться с боями. — Тут у нас из из самоволки курсант. Еще и нетрезвый вроде. Глаза красные.

— Красные они, Сипкин, это потому что я с девушкой ночь провел и не спал, а не как ты со стволом в обнимку. Аукнется тебе еще.

Но несмотря на козни недруга, на развод я все-таки попал. Увольнительную мне лично начальник выписывал. Поэтому достаточно было всего лишь его словесного подтверждения легитимности моего похода на волю. Естественно, он приказал меня отпустить и даже журить не стал за разгильдяйство в обращении с документами, на удивление дежурной смены. Понял, что ночка непростая у меня была сегодня. И решение я принял не в пользу школы, раз всю ночь не спал и документ профукал."

"Приказ о моей командировке состряпали быстро. Прикомандирован я был на экспериментальную практику в целях изучения передового опыта в Управление уголовного розыска МВД СССР. По бумагам именно там группа Горохова числилась. Я как практикант должен был даже отчет какой-то составить по итогам практики. Какой именно, никто из методистов еще не знал. Но Ярусов дал им задание разработать типовой бланк и потом отправить мне вдогонку.