Назад в СССР 4

— Простите, — сказал Кузнецов, прихлебывая из кружки, — я сюда недавно перевелся. Своего кабинета нет пока. Мне его из подсобки переоборудуют. Вот приходится в лаборатории ютиться. Но если вам неприятно созерцать тело, можем в коридоре поговорить.

Судмед хитро прищурился, будто испытывал меня на крепость.

— Ничего, — я нарочно подошел к трупу поближе, разглядывая растекшееся по нержавейке тело. — Меня все устраивает. А Светлана Валерьевна, если что, в коридоре подождет.

Я глянул в раскрытую дверь.

— Ну уж нет, — Света взяла себя в руки и бочком протиснулась в лабораторию, искоса поглядывая на разделанную тушку. — Я в норме. А вы, Павел Игнатович, могли бы и предупредить, что у вас тут рабочие моменты в кабинете присутствуют."

"Голос Светы приобрел железные нотки. Я понял, что сейчас она прочистит ему мозги как надо. Зря он так с нами. Внутри этой хрупкой барышни живет настоящий монстр-мозгоправ. Кому хочешь в душу залезет.

— Вы проводили в августе 1978 года вскрытие пятерых подростков, что погибли под колесами товарняка, — начал я. — У нас на руках копия вашего заключения, — Я развернул планшетку. — Экспертиза за номером 10203. Помните?

— Конечно, — закивал Кузнецов и часто заморгал, его игривый настрой сразу улетучился. — Как такое забудешь?

— Расскажите подробнее о вашем исследовании. Не было ли чего-нибудь странного в полученных травмах? Может, есть что-то интересное, чего вы не отразили в заключении?

— Ничего интересного нет, — затряс неряшливой гривой судмед. — Все написано в заключении. Полно и исчерпывающе. Как же, не отразил бы.

— Мы читали, но у нас есть сомнения по поводу токсикологической составляющей в заключении. Анализ показал отсутствие в крови сильнодействующих веществ, в том числе, алкоголя. Скажите, Павел Игнатович, вы ведь эксперт с опытом. Разве можно было так уснуть на рельсах и не услышать приближающегося поезда?

Я сам чуть повернулся, так что судмед, автоматически повернувшись за мной, смотрел теперь на разверстый труп.

— Не знаю, — бормотал Кузнецов. — Мое дело маленькое — установить причину смерти. Я все сделал согласно общепринятым методикам. Исследование провел полно и всесторонне, — бубнил эксперт фразами из методички. — Мои выводы не вызывают сомнений и обоснованы.

— Мяу, — в лабораторию важно вошел жирный полосатый кот. Раскормленный настолько, что был больше похож на беременную рысь. Он подошел к миске в углу, где краснел кусок мяса. Я отвернулся и не стал размышлять о происхождении плоти. Вряд ли коту это мясо покупали.

— Значит, ничего нового нам рассказать не можете? — я сверлил глазами Кузнецова, а тот, задрав ворот халата, вытирал им вспотевший лоб.

— Все написано в заключении, — бормотал он. — Мне нечего добавить.