( Не) верный муж (СИ)

— Как же я, накачанный спиртным и антигистаминными, смог с тобой переспать? — задаю вполне резонный вопрос."

"— Ну…

Вера резко замолкает, отводит взгляд.

А моя правая рука снова начинает жить своей жизнью, так и тянется к ее горлу.

Вера кричит, вскакивает с дивана, обегает его и стонет:

— Не надо! Я все скажу!

— И-и?! — цежу на выдохе.

Она смотрит на меня со страшной досадой и вдруг говорит:

— Не было ничего, ясно тебе? Не было! А могло бы быть! Айк, у нас все волшебно могло бы быть…

Она продолжает распинаться о том, как сильно меня любит.

Но я снова ее не слушаю.

Все, что остается мозгу, — это ее слова на бесконечном повторе: «Не было ничего!»

— Значит, мы не занимались сексом? — спрашиваю с вытянутым лицом.

— Нет, — подтверждает она с явной неохотой. — Ты спал без задних ног. Я очень старалась, но… не получилось…

— Ах ты ж тварь! — цежу злобно. — Значит, пока я в отключке, ты своими грязными руками мне в трусы, что ли?

— Ничего не было! — верещит Вера.

Теперь она этой фразой уже защищается.

А до меня окончательно доходит простая истина. Это что ж получается? Я не изменял жене!

От осознания этого мгновенно впадаю в состояние эйфории.

Сколько я мучился за последние недели — не передать. Совесть ела меня поедом за то, что сглупил, позволил низменным инстинктам взыграть и отымел чужую бабу. Я корил себя за это бесчисленное количество раз. А ведь этого не было!

— Айк, я готова как-то искупить вину… — стонет Вера.

Мне тошно ее слушать. Жестом велю ей замолчать.

В этот момент я жутко на нее зол, да. Сколько нервов она мне вытрепала своей ложью, как умело попортила отношения с Марией! Но все-таки благодаря этой истории я многое усвоил.

Например, то, что брак не сделан из титановых плит, он может разрушиться. Для его сохранности нужно немало работать и ценить то, что имеешь.

Я оборачиваюсь к телохранителю, который топчется в дверях прихожей:

— Отвези ее в отделение к моему дяде, пусть даст подробные показания на своего дружка. Там разберутся, что с ней делать дальше.

Вера охает от ужасающей перспективы, но не смеет спорить, и правильно делает.

Что до меня, теперь я должен сделать только одно…

* * *Мария

— Ой, какие жуткие вещи творятся на земле, — охает мама.

— Прям триллер, — вторит ей сестра.

Мы сидим втроем на кухне, лопаем блинчики с клубничным джемом. Точнее, они лопают, обсуждают детали всего того, что со мной случилось. А я шумно вздыхаю и не могу отделаться от одной противной мысли.

На кой черт Айк уехал?

Куда уехал? Кто его просил? Он что, не мог со мной хоть немного побыть? Со мной такое случилось, а он даже на чай не остался. Не успела я прийти в себя, как он обнялся с детьми и усвистал.