Останься со мной

Только ему такой расклад не понравился. Орал, как последняя истеричка, велел любой ценой исправлять, возвращать тебя. Пришлось что-то придумывать, выкручиваться, — губы расплываются в хищной улыбке, — Марат твоей дуре подкинул таблетки. Я хотела убрать ее чтобы под ногами не путалась. Но ты, конечно, вмешался и, как истинный рыцарь, вызволил свою принцессу из беды.

Так…Так блин! Стоп! Какого хрена?

— Это ты подложила Лере таблетки?!

— Откуда? Я таким не балуюсь. А вот братец мой запросто организовал. Он смышленый. Не даром у тебя в безопасниках который год работает.

Это все похоже на какой-то лютый звездец.

Меня накрывает то самое дикое ощущение, когда внезапно осознаешь, что тебе мозг имели в особо извращенной форме, а ты ни черта не замечал. Я уже проходил такое. С Кириллом. Тот тоже творил за нашими спинами такое, что волосы дыбом вставали. Только его удар был нацелен в основном на Артура, а Эльвира с папенькой били именно по мне. А я все пропустил! Не понял, не заметил, не почувствовал. Такой весь из себя крутой, матерый волчара, а позволил сплести вокруг себя паутину, и барахтался в ней как последних лох, запутываясь все сильнее.

— Больше не будет работать, — произношу, не разжимая зубов, — ни у меня, ни где бы то ни было еще.

Она бледнеет.

— Думаешь, ты всемогущий…

— А еще лучше пусть сваливает из города, схоронится в какой-нибудь дыре и больше никогда не появляется на виду. Потому что, если я до него доберусь — он этими таблетками блевать будет, вперемешку с кровью. А потом на нарах сидеть.

— Из-за какой-то идиотки погубишь близкого мне человека?

— Я еще не отдал приказ, чтобы его разорвали здесь и сейчас, только по причине остатков уважения к тебе.

— О, — тянет, приложив руки к груди, — это, оказывается, уважение было? Когда ты сделал предложение, а потом дважды попросил меня на выход с вещами из-за какой-то тупой малолетки?

— Следи за языком, Элечка, иначе я подумаю, что ты специально нарываешься, и отвечу в полную силу.

— И что ты сделаешь? Ударишь меня? — смотрит с вызовом, зло."

"— Зачем? — равнодушно жму плечами, — чтобы ты снова изображала из себя жертву мужской жестокости? Я просто сделаю так, что тебе будет закрыт путь в то общество, к которому ты привыкла. Можешь, сколько угодно прикрываться папашей, но ты сама балдела от того уровня жизни, который тебе открылся после начала «охоты» на меня. Я перекрою тебе все, каждый вход. Сделаю так, что ни одна приличная дверь перед тобой больше не распахнется. Поверь, стать парией в нашем обществе гораздо проще, чем ты думаешь.

Я действительно могу сделать это. И сделаю… Чуть позже. А пока:

— Ты его натравила на Леру во второй раз? Поэтому он ее увез?

Эля брезгливо сморщила нос:

— Он ее увез, потому что кретин конченый. Решил найти себе новую жертву.