Невинная для палача

Пристраиваюсь ко входу, надавливаю.

Пиздец она узкая.

Едва вошел, а уже тисками сжало.

Если бы не кончил минуту назад – уже бы залил её.

Девчонка оживает не к месту. Дергается, упирается в мой торс. Толкает безуспешно. Смотрит перепугано. Пытается отстраниться, бедрами подается назад.

– Валид! – вскрикивает, царапает ноготками. Губы кривит. – Не надо, мы же договорились.

– Уговор меняется.

– Нет! Хватит. Я не хочу сейчас. Я не могу. Мне уже больно.

Хнычет, блядь. Бабские слёзы – дешёвая манипуляция, которая каждый раз раздражение вызывает. Но Александра хлопает ресницами, крошечные капельки собирает.

И только смотрит. С мольбой, надеждой.

Не пиздит.

Она тугая даже сейчас, со всей её смазкой щедрой.

А я не собираюсь в долгую прелюдию играть.

Трахнуть и спустить.

Пока не перестанет возбуждением крыть.

– Не смей, Валид! Пусти! Пожалуйста, я не готова.

Кричит, срывается на шепот, царапается и снова гладит. Пытается подобрать подход ко мне. На лице читается открытый страх того, что не хочет этого.

И это бесит.

Потому что она кончала от моих пальцев, едва сама не терлась, а теперь включает праведницу. Цепляется за мои руки, вертится юлой, пока не перехватываю её запястья.

Фиксирую над головой, коленом раздвигаю ноги.

Залипаю на том, какая красивая девчонка мне попалась.

Охуенная.

На животе и бедрах – россыпь родинок, которые тянутся к лобку.

Будто намекают, где именно эту малышку трогать нужно.

– Сука, – рычу, когда вместо того, чтобы трахнуться нормально, отвлекаюсь на стук в дверь. – Съебались. Занят.

– Разговор есть, Палач, – Мурад, чтоб его менты приняли, выбирает худший момент. – Срочный.

– Подождёт.

Возвращаюсь взглядом к Александре. Сжалась, маленькая. Перепугано на меня смотрит.

Мигом трезвею.

Мозги током прошибает.

Не, так дело не пойдёт, нельзя её сейчас брать.

– Это Данияра касается, – добавляет Мурад.

Да блядь.

Финальный «стоп» работает.

Скатываюсь с девчонки, натягиваю джинсы. Ищу её одежду, но понимаю, что оставил на кухне. Моя футболка тоже в спальне валяется.

– Так пойдешь, – озвучиваю мысль вслух. – Поднимайся, Александра, будет тебе отсрочка.

– Я не могу. Там ваш человек, а я обнажена. Я же не хочу… Вы же не станете, правда?! Это шутка была, просто напугать! Валид!

– Что именно? Четче изъясняйся.

– Вы сказали, что если я сбегу… Вы, а потом ваши люди…

А девчонка-то каждое слово запоминает, не дура.

Только не понятно, что у неё в мозгах перемкнуло, если решила попробовать удрать от меня. Здесь везде люди расставлены, во всех направлениях. Наблюдение круглосуточное, ни одна крыса не проберется.

Часть про моих людей пиздежем была. Чтобы Александру приструнить, рядом держать. В отличие от некоторых, я своих девок делить не привык. Только передо мной ноги раздвигает, а другим нахрен.