Пустоцвет

Конечно, об украшении на его лице тестю немедленно стало известно, но тот спустил это на тормозах, один раз только пошутив, что зятю надо выбирать менее скользкую обувь и внимательно смотреть под ноги. Все это, включая понимающие взгляды сотрудников, счет к Корневу увеличило в разы. Он сотрет прораба в порошок!

Звонок из полиции выбил почву из-под ног.

— Сомов Дмитрий Николаевич?

— Да.

— С вашими родителями, Ириной Васильевной и Николаем Дмитриевичем, случилось несчастье. Они во второй больнице, приезжайте.

Несся так, что только чудом не попал в аварию.

А там…

Отец погиб. Мать — в реанимации.

— Мне очень жаль, — дежурно-сочувствующе говорил усталый доктор. — У мужчины не было никаких шансов, он умер еще до приезда Скорой. За женщину боремся.

— Что случилось, почему они упали с моста? Неисправность машины? Кто-то подрезал? — это было неважно — почему, но ему нужно было что-то говорить, отвлекаясь от страшного — отца больше нет!"

"— Я не знаю, спросите об этом у гаишников, — посоветовал усталый доктор. — Как я уже говорил, мужчина погиб на месте. У пассажирки множественные переломы и разрывы внутренних органов.

— Она поправится?

— Прогнозы осторожные. Требуются операции, грамотные нейрохирурги, так как серьёзно пострадал позвоночник. Поймите правильно — при таких травмах предсказать исход проблематично. В нашем городе нет специалистов, которые могли бы справиться.

— Что нужно, чтобы перевезти мою мать в более квалифицированную клинику?

— Деньги на перелет и лечение. Но сначала — стабилизировать её состояние, иначе женщина перелёт просто не перенесет.

Потом был разговор с дерганными полицейскими.

— На мосту расположены камеры, поэтому мы уже знаем, как все произошло. Видимо, у вашего отца случился сердечный приступ или ещё что-то похожее, он потерял сознание и управление транспортным средством. На записях видно, как машина начинает вилять, потом резко ускоряется, пробивает ограду и падает вниз. Там пять метров. Сочувствую по поводу гибели отца, но ваша мама держится. Надеюсь, она выкарабкается.

Он тоже надеялся. Сначала. Деньги были, ещё и Гуров близко к сердцу принял его горе, помог, поэтому врачи шевелились на совесть. Мама в себя не приходила. Как сказали сыну, её специально держали в искусственной коме, пока стабилизировали состояние, и решался вопрос, где делать операции.

Денег было жаль, но самое страшное — никто, ни один доктор никаких гарантий ему не давал!

Получается, он сейчас спустит несколько кровью добытых миллионов, а мать так и не поправится?

Через день ему сообщили, что клиника, где мать могли поставить на ноги, находится в Германии.

Сомов метался, не зная, что предпринять.

— Разве, только в Германии могут собрать позвоночник? — пытал он врачей.