Обман во имя любви

– Черт! Мы же почти все убрали! – прошептала Глайнис, стоя в дверях. – Я закончу на кухне. А ты выкинь те цветы в зале и пойдем отсюда!

Крисси подбирала с ковра опавшие лепестки, когда услышала голос Влэйза: дверь в гостиную была открыта. Было отчетливо слышно каждое слово:

– Если я говорю – богатый выскочка, это и значит богатый выскочка, Джим Гамильтон – один из самых вульгарных людей, каких только можно здесь встретить…

Крисси вся напряглась, до боли стиснула зубы и ближе подошла к приоткрытой двери. Ее дыхание стало громким и прерывистым.

– Мать была жалким существом, – спокойно продолжал Блэйз. – Белл не была способна вести себя в светском обществе подобающе. Она слишком много пила и потом одаривала соблазнительными улыбками самых ужасных представителей общества. А когда эта жизнь ей надоела, она сбежала с продавцом мороженого, который оказался двоеженцем. Гамильтон же считал все это забавным. Каждый вечер он уходил из дома и довольно весело проводил время.

В руках Крисси была ваза с увядшими цветами. Блэйз лениво растянулся на диване. Подняв вазу повыше, девушка бросила ее так, что она пролетела прямо над его головой.

Лейла завизжала, будто Крисси воткнула нож ей в спину. В вазе оставалась вода, и этот несвежий поток обрушился на Блэйза. Он вскочил, стряхнул цветы с одежды и резко обернулся.

– Ах ты, свинья! – закричала Крисси.

Блэйз отбросил мокрые волосы со лба. Его глаза, став похожими на льдинки, угрожающе заблестели, насквозь пронзая Крисси.

– Свинья! – вновь воскликнула девушка, однако ее напускная храбрость была быстро прервана.

– Ты с ума сошла?! – пронзительно завизжала брюнетка.

– Она просто разгневана, – сухо пробормотал Блэйз.

– Ты ответишь за это! – пообещала Лейла, хватая телефонную трубку.

Вошла Глайнис, неся в руках полотенце и пылко извиняясь.

Крисси стояла, в замешательстве закрыв глаза. Но в голове все еще отдавался голос Блэйза. Все, что осталось от репутации ее родителей, было разнесено в клочья.

Отвратительный мерзкий сноб! Родившись, как говорят, в рубашке, внук графа, Блэйз вырос в богатстве, унаследовал титул. Он был высокомерен, как аристократ, никогда не пытавшийся приумножить свое богатство или пробиваться из низов в элиту общества.

– Твой босс хочет поговорить с тобой! – брюнетка улыбалась с видом палача перед казнью.

Не чувствуя под собой ног, Крисси подошла к телефону. Мартин Гранмор был просто в ярости. Он вынес ей приговор коротко и ясно. Побледнев и вся дрожа, Крисси с невидящими глазами вышла из комнаты. Она взяла свое пальто и сумку.

– Какого черта ты это сделала? Ты что, знаешь этого красавчика? – с поддельным участием сказала Глайнис, схватив ее за руку.

Крисси молча надевала пальто.