Одиночный выстрел

– Император… он так на меня смотрел, что… я даже обернулась, мне показалось, что он увидел кого-то за моей спиной… И другие глазели тоже… А потом, в большой, похожей на дворец городской гостинице я случайно подслушала… я подслушала разговор батюшки с императорским чиновником… Он предлагал батюшке много золота и… высокую должность в столице… если я стану фавориткой императора… Но батюшка не согласился… О, мэйджор…

88

После того как все случилось, любовники еще долго лежали под казенным одеялом, отдыхая и осмысливая произошедшее.

Бекет чувствовал, что сжег за собою все мосты, поскольку высадить Амалию на ближайшей станции, как иногда проделывал это с навязчивыми подружками, он не мог. Это все равно что бросить в лесу младенца – чужой язык, чужой мир.

Бекет крепче обнял интрессу, и она запросила пощады.

– Я… не могу дышать… мэйджор…

– Зови меня – Джек. А то все мэйджор да мэйджор. Мэйджор – это всего лишь чин, а зовут меня Джек Бекет.

– Джек Бекет… – повторила румяная от счастья Амалия и улыбнулась. – Как красиво звучит – Джек Бекет. Джек… Джек… – еще несколько раз повторила она. – Скажи, Джек, а у нас теперь будет ребенок? Мы ведь сделали все как полагается, правильно?

– Думаю, что да, будет, – легко согласился Бекет, удивляясь собственной податливости. В прежние времена подобных признаний от него было не добиться.

– А на что мы будем жить, Джек? Ты снова будешь служить, ведь ты мэйджор?

– Да, я могу пойти служить, но пока мне этого не хочется… Пока мы поживем на мои сбережения, а там видно будет.

– Сбережения? – спросила Амалия. Во всем, что касалось будущего ее детей, она должна была разобраться.

Бекет чмокнул интрессу в нос, расправил ее шелковистые локоны и сказал:

– Сбережения – это деньги, которые лежат в специальном финансовом учреждении. В банке.

– Уж не о меняльных ли лавках ты говоришь, Джек?

– Отчасти банки похожи на меняльные лавки.

– Нас ведь там обманут, Джек! Ты виделся с хозяином лавки, ты подписал с ним смертный договор?

– Разумеется, солнышко…

Бекет поцеловал интрессу, потом еще и еще раз.

– Джек, мы ведь уже делали это…

– Ничего… сделаем еще раз…"

"Двигатели работали ровно, гудела вентиляция, вздрагивала в корме холодильная камера.

Примерно через полчаса Джек и Амалия обрели способность говорить.

– О, Джек… Как хорошо, что батюшка не согласился отдать меня в фаворитки… Тогда бы мы никогда не встретились.

– Зато ты жила бы при дворе…

– Ты нарочно хочешь рассердить меня?

Джек отрицательно покачал головой.

– Что мы будем делать, если ростовщики обманут нас и ты не получишь никаких денег?

– Ну… тогда я убью их и заберу их имущество.

– Вот это правильно! – горячо поддержала его Амалия.