Одиночный выстрел

– Ты подумал про пистолет под рулевой колонкой? Его там уже нет.

– Спасибо. Ты избавил меня от части проблем.

– Доставай фотографии.

Стараясь не делать резких движений, Руммель вытащил из бардачка потрепанный журнал.

Бекет открыл дверцу и сел на заднее сиденье, передвинувшись за спинку пассажирского кресла. В сиденье позади водителя часто монтировали самострелы, позволявшие расправиться с угрожающим водителю террористом одним нажатием кнопки.

Руммель сидел не двигаясь, угадывая направление взгляда Бекета, рассматривающего при свете фонарика фотографию счастливой женщины и смеющегося малыша.

Наконец Бекет выключил фонарь, убрал его в карман, но пистолет оставил в руке.

– Какого цвета у него глаза?

– Как у тебя. Но характером он весь в меня.

– Очень может быть, – после паузы произнес Бекет. – Возможно, это не так уж плохо…

– Спасибо.

Они помолчали еще немного.

– Что теперь, хочешь увидеть Анну?

– Нет, ни к чему это. Заводи, поехали отсюда.

– Куда?

– Отель «Наполеондор».

– Ты там живешь?

– Я там выйду.

Руммель завел двигатель, и они поехали в абсолютной тишине, говорить им было не о чем. Майк старался не думать о том, чем закончится эта поездка, в конце концов, ждать развязки ему оставалось недолго.

Дорога до отеля заняла чуть менее получаса. Руммель остановил машину, не доезжая до ярко освещенного парадного входа, и заглушил мотор.

– Знаешь, я думаю, тебе нужно вернуться в Управление.

– Да? – Бекет усмехнулся. – И как ты им все объяснишь?

– Придумаем что-нибудь вместе. Ведь поверили они в твою пропажу…

– Не будь наивен, Майк, никто тебе не поверил. Просто они не видели в этом расследовании никакой перспективы.

Дверь открылась, и Бекет вышел.

– Ну и куда ты теперь, Джек?

– Как куда? На свой далекий и прекрасный остров.

– Ты все тот же, Джек, ничто тебя не меняет.

– Не меняет, но, может, это и к лучшему. Прощай, Майк.

– Прощай, Джек…"

"Дверца захлопнулась. Руммель, посидев еще несколько секунд, завел мотор и стал выруливать на проезжую часть. Глянув в зеркало заднего вида, он увидел спешащих по своим делам прохожих, среди которых бесследно растворился Джек Бекет, теперь уже навсегда.

– Ну Джек, ну фантазер… – покачал головой Руммель и, нажав на газ, встроился в плотный поток машин. Встреча, которой он, на глубоком подсознательном уровне, очень опасался, все же состоялась, и теперь он испытывал странное чувство нереальности происходящего.

Руммель провел рукой по распухшему лицу и подумал, что нужно где-то умыться, но сделать это ему удалось только в служебном туалете многоэтажной парковки, где он менял машины – с рабочей на домашнюю. Однако умывание не особенно помогло, выглядел он по-прежнему неважно, хотя кровь из рассечений идти перестала.