Одиночный выстрел
Где-то на слаборазвитой планете, в далеком феодальном мире влачит жалкое существование невольник по прозвищу Молчун. Он не говорит, не слышит и ценен только тем, что может исправно вращать ворот водочерпалки в условиях, где не выдерживают другие невольники и тягловый скот. Но неожиданно случилось незначительное событие, заставившее Молчуна «проснуться», спасти своих хозяев и вновь стать на просторах Вселенной тем, кем он был когда-то…
Что, сильно Илкнеров порушили?
– В стенах замка проломы, от трех казарм только стены стоят. Сгорели какие-то сараи. Больше ничего не видел.
– Понятно, – повторил прелат, глядя перед собой. Затем поправил на поясе меч и добавил: – Думаю, к нам собрались, они ведь полагают, что я еще на Калибазию плыву, – такой подходящий случай…
– И что, ваша светлость, здесь будем ждать или примем бой на дороге? – спросил Тревис.
– Что ты скажешь, мэйджор? – спросил прелат.
– Полагаю, господин прелат, что в теперешней ситуации нам воевать невыгодно. Если налетят «маскоты», в смысле «черные колесницы», они могут уничтожить и наше войско, и войско Илкнера. Поэтому марш на Гудроф следует пресечь, отпугнув противника.
– Я тебя понял. И полностью с тобой согласен, – сказал прелат. – Тревис, мы возьмем пять сотен гвардейцев и устроим засаду в Малом Славском лесу. Нападать не станем, но со всей строгостью спросим Илкнера, что он задумал.
Уже через несколько минут начались сборы. Гвардейцы срочно мыли от глины руки и седлали лошадей, не выходя из конюшен, чтобы не оказаться на открытом месте, если налетят колесницы.
Пока длились сборы, разведчик Рамтюр лежал у ворот, закинув ноги на стену и положив под голову свернутый плащ. В руках у него был хлеб и посеченный кусок вяленой конины. Рамтюр, не открывая глаз, закидывал в рот по кусочку конины и неспешно ее пережевывал, а хлеб только нюхал, намереваясь съесть его по дороге.
Не прошло и получаса, как пять сотен гвардейцев были готовы к маршу.
Прелат сел на своего жеребца и огляделся, ища глазами Тревиса с Бекетом, затем махнул рукой, и колонна тронулась за ворота.
Обстоятельства были на стороне Гудрофа – рокота «черных колесниц» слышно не было, а стало быть, имелся шанс добраться до Славского леса без потерь. До места отряду предстояло ехать около двадцати миль.
45
В приемной пахло паленым сукном, Руммель знал, что так пахнет секретная замазка, на которую ставили голографические печати.
Коды, тайны, засечки, пароли – следственная часть службы безопасности была более других помешана на секретности.
«Год рождения вашей сестры, пожалуйста…»
«Любимое блюдо вашего соседа по кадлерскому городку… Вы говорили, что помните…»
«Предъявите ваше удостоверение, сэр».
«Ваш отпечаток не проходит… Попытайтесь еще раз. Благодарю вас, сэр. Все сходится, вы идентифицированы как Майкл Ромеро Руммель, капитан отдела свободного поиска. Подтверждаете это?»
«Да, подтверждаю».
«Добро пожаловать, сэр».
Все эти процедуры Руммель выучил наизусть, и даже приемщики ему попадались одни и те же, так часто он посещал следственную часть.
Похожие книги
Мысленным взором
Бывший
Оперативный псевдоним
Аквариум. (Новое издание, исправленное и переработанное)
Странный мир
