Близнецы от врага. Чужая тайна.

Чмокает меня в щеку, но я не выдерживаю и обнимаю ее.

- Я тебя люблю, сестренка, - шепчу сквозь слезы.

- Опять твои телячьи нежности! – фыркает она и отстраняется.

Подхватывает небольшую дорожную сумку, идет к выходу, но замирает на пороге. Оглядывается буквально на секунду.

- Я тебя тоже, - чуть слышно."

"И Мика исчезает за дверью.

Упираюсь в край раковины двумя руками и опускаю голову, давая волю слезам. В уборную, которую я не закрыла за Микой, заходят люди, косятся на меня с подозрением или нездоровым интересом. Но меня мало волнует их внимание. Эмоции поглощают меня, напрочь убивая здравый смысл.

***

Прихожу в себя, когда слышу глухое объявление о посадке и номер рейса Авдеева. Рейса, который заберет у меня сестру.

Жду еще минут десять – и, натянув кепку сестры, аккуратно выглядываю за дверь. Скользком рассматриваю толпу, чтобы случайно не нарваться на Игоря. Вижу вдалеке макушку девушки, что напоминает мне Мику. Сестра направляется к выходу на посадку.

С каждым шагом удаляется от меня. Хочется наплевать на наш план, броситься следом, вырвать ее из лап Авдеева. Но… тогда все будет зря.

Молюсь за нее мысленно. Не уверена, что правильно, если учесть, что мы с Микой оказались католиками. Напоследок искренне желаю сестре удачи и… отпускаю ее.

Надеваю на плечи рюкзак Мики и ускоряю шаг, направляясь к выходу из аэропорта. Но в какой-то момент отвлекаюсь на шум и возню возле посадочного гейта.

Мика и Авдеев уже по ту сторону рамки и стремительно удаляются. Поэтому я рискую подойти ближе. Случайно задеваю плечом прохожих, замечаю охранников – и поворачиваю голову в ту сторону, куда они идут.

Губы невольно расплываются в улыбке.

- Я же люблю тебя, дура! – доносится до моего слуха родной голос.

В сердце разливается приятное тепло, но оно мгновенно сменяется пронизывающим холодом. Потому что Алекс разочарован и зол сейчас. Он не знает деталей. А я… не была с ним честна, хотя мы обещали друг другу.

Подхожу к любимому со спины. Делаю глубокий, лихорадочных вдох и…

- Любишь, говоришь? – шепчу на выдохе.

Несмотря на шум вокруг, Алекс слышит. Или чувствует меня. Вздрагивает, будто током пораженный, и медленно поворачивается ко мне.

Окидывает меня прищуренным взглядом с ног до головы, изучает мою одежду, останавливается на кепке. Сжимает кулаки. Но не спешит что-либо предпринимать.

Понимаю, что сейчас я сама на себя не похожа: в джинсах и свитшоте Мики, волосы убраны в тугой хвост. Представляю, какие сложные мыслительные процессы убивают мозг Алекса.

Как назло к нам подходит охрана. Обстановка и так на грани взрыва, вокруг искрит. Боюсь, чтобы в служащих правопорядка не отрикошетило.

- Этот мужчина досаждает вам? – интересуются они.

- Нет, все в порядке, - отзываюсь немедленно. – Это мужчина, - улыбаюсь Алексу, - мой муж.