Близнецы от врага. Чужая тайна.

На улицу выскакиваю уставшей и запыхавшейся, зато дискомфорт немного отвлекает. От острой боли в солнечном сплетении.

Замедляю шаг, пытаясь отдышаться, и судорожно вспоминаю, где припарковала автомобиль. В данный момент мне жизненно необходимо забрать близнецов из детсада. Увидеть их, обнять.

Отвезу мальчишек куда-нибудь погулять. Порадую. Заодно растворю свою горечь в материнстве. Именно так я и спасалась последние годы.

- Дана, - окликает родной и одновременно ненавистный голос. – Я тебя подвезу.

Алекс догоняет меня у парковки, но больше не трогает. Вместо этого подходит к своей машине, снимает с сигнализации и распахивает пассажирскую дверь. Подобный жест выглядел бы любезно, если бы не все, что произошло несколько минут назад в подсобке.

- Я говорю на непонятном тебе языке? – фыркаю зло. – Прости, не владею английским, - намекаю на ту самую его стажировку, которая развела нас навсегда.

- Я серьезно сейчас, - мрачнеет Алекс, действительно сменив манеру общения. – Всего лишь подвезу. Называй адрес.

Говорит так, что хочется верить. Выглядит спокойным и слегка… виноватым.

Ангел и демон в одном флаконе. Алекс всегда был таким противоречивым. Окружающие не могли угадать, какая ипостась проявится в нем в определенный момент."

"И только со мной он вел себя внимательно и трепетно, словно я была исключением. Его особенной девочкой. До того рокового дня.

- Благодарю, но это лишнее, не утруждайтесь, - улыбаюсь искусственно, чем раздражаю Алекса сильнее. – Я за рулем.

Демонстративно пикаю сигнализацией и, цокнув каблучками, направляюсь к автомобилю, купленному мне Игорем. Муж предпочитает, чтобы я самостоятельно возила близнецов в детский сад и не отвлекала его подобными «пустяками».

- Подарили? – издевательски бросает Алекс, кивая на недешевую дамскую машинку.

Ему не нужно продолжать, чтобы я поняла намек. Алекс уверен, что я продалась за роскошь. Он не далек от истины. Так и есть. За одним исключением, о котором предатель не узнает никогда. Точнее, двумя, маленькими и безгранично любимыми…

На протяжении всего пути ощущаю на себе презирающий взгляд Алекса. Он пробирает спину морозом.

Душу заполняют гнев и обида. Все-таки не могу понять поведения мужчины, который сам бросил меня беременной, оставив деньги на аборт. Чего он ожидает сейчас? Как смеет упрекать в сделанном мною выборе?

Передернув плечами, скрываюсь в салоне машины. Дожидаюсь, пока Алекс покинет парковку, и только потом обреченно роняю голову на руль.

Делаю глубокий вдох, выпрямляюсь, не позволяя ни единой слезинке сорваться с моих ресниц.

Хватит!

Резким движением завожу двигатель. Запрещаю себе расклеиваться.