Близнецы от врага. Чужая тайна.

"

"- Да, ты права, но только ты можешь повлиять на него, - продолжает уговаривать меня Антон Игнатьевич. - Наши с Алексом отношения… кхм… сложные. Он всегда думал, что я отношусь к нему предвзято, потому что он мне не родной сын.

- Что? – растерянно взмахиваю ресницами. – Как?

- Анжела выходила за меня замуж, уже будучи беременной. Это был брак по расчету. Ради объединения капиталов. Но я принял ее ребенка. Растил как своего.

- И Алекс… знал? – хмурю брови. - Он никогда не говорил мне…

- Да, с детства знал. Анжела рассказала ему, хоть я был против. Впоследствии часто напоминала сыну об этом, чтобы Алекс «не расслаблялся», а соответствовал. Но, кажется, добилась обратного эффекта. Алекс взбунтовался. И вместо того, чтобы учиться, а со временем заниматься бизнесом, он просто прожигал жизнь. Пьянки, гулянки, бабы… Потом что-то изменилось. На время. Я только недавно понял, что это было связано с твоим появлением. Ты делаешь Алекса лучше, серьезнее и ответственнее. Сейчас я это четко вижу…

- Но вы же сами не доверяли ему компанию, - вскрикиваю я, вспоминая те скудные факты, которые открыл мне муж. – А еще Милану вынудили выйти замуж по расчету. И бизнес передали зятю…

- Да, все верно. Я много ошибок наделал. И в ближайшее время собираюсь лететь в Италию к дочери и ее новому мужу. Пора склеивать нашу семью, - откашливается и продолжает. – Что касается Алекса, то вспомни его в начале ваших отношений. И во время разрыва. Разве можно было доверить тому Алексу что-то серьезное?

Умолкаю. Потому что Антон Игнатьевич отчасти прав.

- Беспечный разгильдяй и бабник, - фыркает он, но сам себя осекает. – Впрочем, я сам виноват. Хреновый пример подавал своим поведением. У меня с женой не все гладко.

- Как все сложно, - прикрываю лицо ладонями.

- Богдана? – окликает, а я поднимаю на него взгляд. – Могу я увидеть мальчиков?

- Зачем? – отрицательно качаю головой. – Они вам не родные.

- Не говори так, - вздыхает он. - Они законные Враговы, - повышает тон.

На наши голоса выходят Саша и Илья, которых я отправила в детскую перед тем, как открыть Антону Игнатьевичу.

- Мам, все нормально? – мрачно спрашивают. – Кто это?

Мои маленькие мужчины готовы защищать меня, пока папочки нет рядом.

- Это ваш… дедушка, - тихо лепечу, чувствуя, как к горлу подкатывает комок.

- У нас есть дедушка? – сводит бровки Саша.

- Прикольно, - загорается Илья.

- Да, шел комплектом к папочке, - хихикаю сквозь выступившие слезы.

В последние недели я чересчур эмоциональная. То раздражаюсь, то плачу. По поводу и без.

Вот и сейчас не могу сдержать всхлипов, наблюдая, как близнецы подходят к Антону Игнатьевичу. Принимают пакет из его рук. Демонстративно копаются внутри, шумно вздыхают и оба поднимают глаза на деда.