Близнецы от врага. Чужая тайна.

- Дело не закроют, но домой могут отпустить.

- Я на все согласен, - устало выдаю, отключаясь.

Финальным аккордом вечера становится звонкий визг детей, скачущих на диване, словно на батуте. Кажется, я даже различаю скрип пружин. Жалобный такой, просящий о помощи.

- Так, спать! – пытаюсь говорить строго, но близнецы упорно меня игнорируют.

Уперев руки в бока, пару минут просто наблюдаю, как Саша и Илья с радостными воплями убивают мой диван. Прости, друг, я запомню тебя новым и с целой обивкой…

Призвав внутренние резервы, точнее, их жалкие остатки, я рискую приблизиться к двум неугомонным «вечным двигателям». Хватаю обоих и закидываю себе на плечи. Несу сорванцов в спальню. Осторожно спускаю на свою кровать.

- Все, укладывать вас буду, - говорю скорее себе, чем им. - Что там нужно? Колыбельная?

И отхожу к комоду, чтобы найти свежее постельное белье. Не придумав ничего лучше, напеваю близнецам какую-то современную попсу. В ноты не попадаю, зато на чистом английском.

Илья затыкает уши и кривится, как будто я пенопластом по стеклу вожу. Понятно, значит, музыкальный слух ему от Даны достался.

Саша звонко смеется с нас обоих.

- Не надо петь, - жалобно просит Илья.

- Ему только мамин голос нравится, - переходит на дикий хохот брат. – Но она поет редко, - добавляет, кашляя.

- Почему? – удивленно изгибаю бровь.

- Игорь говорит… - начинает Саша, но я отмахиваюсь, останавливая его.

- Хватит, - цежу ядовито. – Не надо. Понял.

Близнецы затихают, настороженно глядя на меня. Заставляют чувствовать вину за внезапный всплеск ярости.

Улыбаюсь им, выдаю одеяла, под которые мальчики послушно забираются. Устали все-таки. Сели батарейки.

- Включу вам что-нибудь нейтральное, для фона, - переключаю каналы, находя детский, и делаю звук тише. – Если выберетесь из кровати, то начну петь, - говорю шутливо-угрожающе.

Илья отрицательно машет головой, а Саша прыскает, хихикая с брата.

Собираюсь покинуть комнату, но слышу свое имя, произнесенное неуверенно и тихо.

- Алекс, когда мама вернется? – с грустью спрашивают близнецы.

- Скоро, - лгу и глазом не моргнув. – Только вы уже будете спать."

"- Посидишь с нами? – убивают неожиданным вопросом и достреливают невинными взглядами.

В этот момент что-то щимит в груди. Близнецы ведь совсем одни сегодня остались. Ни мамы, ни папы рядом. С чужим мужиком, которого видят впервые.

- Кхм, да, хорошо, - выжимаю из себя эти слова с таким трудом, точно засохшую пасту из старого тюбика.

Устраиваюсь на краю кровати, застываю, словно гипсовая фигура, недвижимо и молча. Саша и Илья успокаиваются, однако изредка посматривают на меня, проверяя, чтобы не ушел. Терпеливо жду, когда близнецов сморит усталость. Телевизор что-то шумит неразборчиво, а за окном барабанит мелкий дождь, убаюкивая детей.