Опальная невеста дракона, или Попаданка в бегах (СИ)

Она подчинила меня.

Глава 54. Пришлая

— Сири, не двигайся! — выпаливает инквизитор, глядя на меня так, будто это его жизнь висит на волоске, а не моя.

Я никогда не видела этого мужчину испуганным. А сейчас… в его темных глазах неподдельный страх. Но он боится не за себя. За меня.

И я бы рада ему сказать, что могу послушаться его просьбы, но увы, даже язык мне сейчас не подчиняется. Только глаза, что слезно смотрят на него и молят не идти на подлую уловку этой женщины.

А безумная, почуяв власть, скалится.

— Похоже, и у несокрушимого инквизитора появилось слабое место, — кряхтит она, поднимаясь с пола, пока мы безмолвно смотрим друг на друга.

— Правду говорят, любовь делает из людей идиотов. Кто бы мог подумать, что она коснется даже твоего ледяного сердца, инквизитор.

— Чего ты хочешь? — только и рычит он тихо сквозь зубы. Знаю, как хочет зарычать во весь голос, но сдерживается.

— Разве не понятно? Дай мне закончить ритуал, и я отпущу твою ненаглядную.

— Она врет! — хочу крикнуть я, только вот не могу.

— Убей ее! Спаси всех! — мысленно молю я и знаю, что он понимает меня без слов. Но боюсь, что не послушает.

Он в упор смотрит на шпильку, по которой стекают капли моей крови, и крылья его носа раздуваются от ярости.

А я молюсь, молюсь, чтобы он… Выбрал не меня! Нельзя допускать такое зло! Он ведь это знает!

О чем он сейчас думает? О чем?

— Хочешь воскресить Джину? — вдруг говорит он, кидая презренный взгляд на безумную. — Я изучал родословную моей несостоявшейся невесты, иными словами твою. Обанкротившийся род, выдворение из академии, тяжелые перспективы в будущем. Брак из-за скандала, подстроенного тобой же, якобы из-за скомпрометированной девичьей чести, был отличным решением, так ведь? Но и там ты не нашла счастья. Не потому, что шансов не было, а потому что ты всегда хотела не любви, а слепого поклонения. Хотела той власти, которую однажды потеряла. И теперь ты думаешь, что возродив Джину, станешь ее правой рукой или даже одним целым с ней? Думаешь, что все еще будешь ей нужна, когда совершишь этот обряд? Как наивно для дамы твоих лет. Посмотри правде в глаза, она использовала тебя, как марионетку.

— Не заговаривай мне зубы, инквизитор! — психует женщина, но Эйрал остается спокойным и непоколебимым, и вновь переводит взгляд на меня.

Секунду смотрит в глаза, будто давая какой-то сигнал, а затем на заколку. Нет. На руку. На запястье! На вязь?

— Ты спросила, как я противостоял внушению, — продолжает инквизитор. — Если бы Джина действительно хотела тебе добра, то рассказала бы, какой яд принимают хранители, чтобы противостоять любому ментальному внушению, — добавляет он, только вот я не понимаю, зачем.

Зачем он ей это говорит?

Стоп! Он говорит не ей, а мне?

В памяти прокручивается обрывок прошлого.