Отбор с осложнениями

"

"Мира застонала, воздев руки, и серебряное лезвие сверкнуло, на миг ослепляя Вильгельма. Принц силился воспротивиться ее воздействию на него, но ему катастрофически не хватало времени. Он приготовился принять смерть, когда неожиданно понял, что Амалия развернула нож к себе. Она продолжала смотреть на него огромными испуганными глазами, из которых катились слезы, а он ничего не мог поделать! Принц зарычал! Время замедлилось в тысячи раз, и Вильгельм, преступно медленно сбрасывая с себя ментальные путы, наблюдал, как острие ножа пропарывает шелк на груди Амалии, как касается нежной бархатистой кожи серебро, как выступают рубиновые капли, мгновенно пропитывая ткань платья…

Он почти выпутался, но понимал — опоздает! Это конец!

И вдруг кто-то дернул Вильгельма назад, схватив за одежду. Падая, принц заметил в небе блестящий нож, а потом звезды закрыло черное одеяние.

«Бригитта?» — отстраненно подумал Вильгельм, и наконец встретился с землей, больно приложившись головой. В глазах потемнело, сознание поплыло. Однако прежде, чем принц отключился, в его воспаленный от боли мозг успела проскользнуть невероятная догадка, оборвавшаяся однако из-за потери сознания.

Глава 17. Коварство и любовь

В королевском саду, как всегда, витал божественный аромат. Розам не было никакого дела до заговоров и интриг, творящихся вокруг, они цвели, радуя глаз живущих в замке, и пахли так одуряюще, что хотелось забыть о всех невзгодах. И именно за этим Эмма оказалась там. Она стремилась отпустить нехорошие мысли, что засели в ее голове занозой, причиняя боль и не давая возможности радоваться жизни.

А все Ястреб! Чтоб его Грох побрал!

Эмма недовольно обернулась к замку, пробежалась взглядом по окнам. Стоило подумать о Дорне, как снова пришло беспокойство. Где он пропадает? Удалось ли выяснить что-то стоящее? Не пострадал ли он от короля за то, что не предотвратил покушение на принца?

Остановившись у куста с крупными желтыми розами, Эмма пригнулась и глубоко вдохнула их аромат, насыщенный и неповторимый. Выпрямившись, она погладила бархатистые лепестки и припомнила, как всего несколько дней назад они едва не опоздали к месту преступления. Тогда Эмма безнадежно отстала от Вейрона. Все, что успела — объяснить ему суть своих опасений в двух словах, и вот он уже далеко впереди: быстрый, сосредоточенный, несущийся напролом.

Без всякой магии он напомнил ей ястреба, яростного и смелого. С таким рядом можно ничего не бояться.

Однако когда Эмма примчалась к месту событий, ее все же охватила паника: на земле, рядом друг с другом лежали принц Вильгельм и леди Амалия Стетхейм. Недвижимые, бледные, с закрытыми глазами. И как бы ни хотелось Эмме думать о лучшем, она не могла не заметить алое пятно на светлом платье девушки.