Отбор с осложнениями

— Нам надо решить, что надеть завтра на бал, — решилась заговорить Эмма, кладя себе в тарелку рыбное филе.

— К счастью, этот вопрос уже решен, — ответила Бригитта, и ее голос вдруг прозвучал грубее, чем обычно. Взгляд, брошенный на Эмму, так же не сулил ничего хорошего.

Тоска сдавила сердце Эммы: мало того, что победа в отборе казалась ей все более призрачной, к этому добавилось еще и осуждение Бригитты. Между ними словно выросла стена отчуждения. Еще бы! Такая правильная леди Дракхайн в своем цветохроне наверняка теперь с трудом скрывала возмущение тем, как Эмма повела себя со Свейном. Прогуливаясь по саду наедине, она рассчитывала добиться понимания жениха, а вышло только хуже… Если бы не горянка, кузен получил бы поцелуй, а ведь их мог заметить там кто угодно!

Кроме того настроение Эммы окончательно упало от понимания того, как будет выглядеть ее черная гора среди ярких пышных платьев во время бала.

— Ты умеешь танцевать? — спросила Эмма, теша надежду на лучшее до последнего. — Ах да, если нальют…

Бригитта наконец подняла на нее взгляд. В карих глазах светилось понимание и сочувствие, и Эмма рассердилась на саму себя. Прочь сомнения и терзания! Нельзя сдаваться и отдаляться друг от друга! Нахмурив брови, она положила себе шпинатное суфле.

Сегодня на прогулке она увидела нечто, заставившее ее вздрогнуть. Это длилось всего мгновение, но картина не стиралась из памяти, хоть тресни. Когда Бригитта спешила к ней на помощь, цветохрон зацепился за колючую ветку, приподнялся, и Эмма увидела…

Она съела кусочек рыбки, посмотрела на Бригитту. Кажется, первый этап по пробуждению в ней женщины обозначился сам собой.

— Завтра до вечера у нас свободное время, и я знаю, чем мы займемся, — с преувеличенной бодростью заявила Эмма."

"— Пойдем гулять в саду? — без энтузиазма предположила Бригитта. — Что там твой Тибрих? Вразумился?

Эмма помрачнела, понимая, что поднятой темы не избежать.

— Боюсь, что нет, — грустно ответила она. — Я надеялась пробудить в нем совесть, оставшись наедине.

— А пробудила страсть, — зыркнула на нее Бригитта.

— Это произошло по моей вине, — нехотя призналась Эмма, отведя взгляд. — Пару лет назад я готовилась к экзамену, училась снимать свои ментальные блоки. И так получилось, что кузен вошел на задний двор, где я тренировалась. С тех пор он не дает мне проходу. Что я только ни делала! Пыталась повлиять на него по-всякому! Но вот тот момент, когда я полностью раскрылась перед Свейном, стал для него чем-то вроде вспышки, отпечатавшейся в сознании.

— Да ты опасная женщина, Эмма Эжени, — произнесла Бригитта с легкой усмешкой.

— Я не хочу, чтобы ты думала обо мне плохо, Бригитта, — вздохнула Эмма.