Откровения Дженифер

Он не отрывал от Дженифер глаз, и единственное, что делал в этот момент, – слегка возбуждал свой член. Вдруг на его лице появились полосы света от автомобильных фар. Широко раскрыв глаза, Дженифер повернула голову в направлении, откуда шел свет. И увидела машину, выезжавшую из гаража.

– Маркос, ты видел? Давай выйдем.

– Не волнуйся.

Маркос еще шире развел ноги, пододвинулся ближе к Дженифер. Потом обнял ее за голову, прижав к себе.

– Знаешь, о чем я тогда подумала?

– О чем?

– Что он хочет, чтобы я его сосала.

– Ну и…?

– Э-э… дело в том, что я не знала толком, как…

– Но если не попробовать хоть один раз, никогда не научишься.

– Да, но я не знала, с чего начать, понимаешь?

До известного момента Дженифер позволяла Маркосу делать с собой все, что угодно. Но когда Маркос потянул ее голову вниз, к своим ногам, она не далась. Маркос не стал настаивать, взял ее руку и положил на член, без единого слова. Сделка состоялась. Стремясь вознаградить Маркоса за то, что он не проявил силу, Дженифер начала совершать движения рукой.

– Видишь, как мне тебя не хватает, Дженифер?

Маркос положил свою ладонь сверху, направляя движения.

Точно девочка, которая учится писбть, Дженифер позволила Маркосу дать ей урок того, как доставлять наслаждение мужчине. Иногда он прижимал ладонь сильнее, и тогда Дженифер понимала, что не проявляет достаточно усердия. И она решительнее смыкала свои пальцы вокруг члена. Маркос приблизил свои губы к ее лицу и стал целовать в щеку, в ухо, в шею, в плечи. Дженифер извивалась и стонала. Оглушенная удовольствием, она пыталась сосредоточить свое сознание на происходящем. Но не могла отпустить член, поскольку Маркос нажимал все сильнее.

– Тебе не больно?

– Нет, Дженифер, не останавливайся.

В это момент Дженифер поняла, что именно было новым: ее ответственность. Этот мужчина, прижавший голову к ее груди, стонавший, будто в агонии, в буквальном смысле слова был у нее в руках. И все из-за нее, из-за изгибов ее тела, из-за дырочки между ее ног, из-за ее полных грудей, ее ангельского личика, кожи, волос, из-за ее страха остаться одной и, в особенности, из-за ее способности зачать ребенка.

– Знаешь, о чем я тогда подумала?

– О чем?

– Глупость, да и только…

– Расскажи.

– Я подумала, что я тру лампу Аладдина. А из нее вылетит джинн.

– И он вылетел?

– Не он, а кое-что другое.

Откуда-то из глубин души Маркоса донесся сдавленный вопль. А на руку Дженифер словно опрокинули целую миску с жидкой кашей.

ГЛАВА 24

Дженифер мирится со Стефанией

Дженифер и Стефания резвились, стоя под душем. Идея принадлежала Дженифер: она рассчитывала снова завоевать дружбу сестры. Из-за страшной жары в комнате оставаться было невозможно.