Виконт, который любил меня

– Я не это имела в виду, и ты все прекрасно понимаешь.

Он не стал спорить.

– Мне просто нужно больше времени, чтобы подготовиться, – пояснила она, чинно складывая руки на коленях, но продолжая бессознательно вертеть большими пальцами, что лучше всяких слов выдавало ее нервозность.

Энтони долго смотрел на все это, прежде чем небрежно положить ногу на ногу.

– Хорошо, – кивнул он наконец.

– Правда?

Она даже выпрямилась от удивления, не ожидая столь быстрой капитуляции.

– При условии… – продолжил он.

Кейт уныло сгорбилась. Ей следовало бы знать, что он так просто не сдастся.

– …что ты просветишь меня по одному вопросу.

– П-по какому именно, милорд? – заикаясь, пробормотала Кейт.

Он наклонился к ней. В глазах плясали чертики.

– Каким образом ты собираешься готовиться?

Кейт отвернулась к окну и тихо выругалась, увидев, что они еще даже не добрались до улицы, на которой стоял дом Энтони. И никакой возможности отмолчаться: им еще минут пять придется сидеть в экипаже.

– Ну-у-у-у, – протянула она, – не уверена, что уловила смысл твоих слов.

– Разумеется, – усмехнулся он, – я так и ожидал."

"Кейт мрачно свела брови. Нет ничего хуже, чем оказаться объектом насмешек, особенно когда сегодня день твоей свадьбы!

– Теперь ты играешь со мной, – упрекнула она.

– Нет, – запротестовал он, растянув губы в плотоядной ухмылке, – но я бы хотел поиграть с тобой. Это вещи разные.

– Мне не нравится, когда ты говоришь загадками, – проворчала она, – зная, что я ничего не понимаю.

Устремив взгляд на ее губы, Энтони увлажнил языком свои.

– Ты все поняла бы, если бы просто смирилась с неизбежным и забыла свое глупое требование.

– Терпеть не могу, когда со мной обращаются снисходительно, как с малым ребенком, – сухо обронила Кейт.

Его глаза гневно сверкнули.

– А я терпеть не могу, когда мне отказывают в моих правах, – парировал он ледяным тоном.

Кейт съежилась под его властным взглядом.

– Я ни в чем тебе не отказываю!

– Да неужели? – саркастически осведомился он.

– Я всего лишь прошу дать мне передышку. Совсем недолгую. Временную. Короткую, – уточнила она. – Неужели ты откажешь мне в такой скромной просьбе?

– По-моему, из нас двоих, – отчеканил он, – отказываешь ты, а не я.

Он был прав, черт его побери, и она понятия не имела, что еще сказать и как оправдаться. Конечно, у нее не было никаких оснований требовать отсрочки. Он действительно имел полное право перекинуть ее через плечо, утащить в постель и запереть в спальне на неделю, если ему взбредет в голову подобная идея.

А вот она вела себя глупо: узница собственных страхов и неуверенности, неуверенности, которую узнала впервые с тех пор, как встретила Энтони.