Двойняшки по ошибке

Нервно встряхиваю головой, выбрасывая отголоски чужого тонкого писка, которые упорно в мозг пробиваются. С ума схожу…

Встаю, чтобы спальню покинуть. Давит здесь все, раздражает.

Казалось бы, какой процент вероятности, что мы с супругой не подходим друг другу? По статистике, ничтожно мал. В нашем случае — почти все сто.

«Бред», — выдыхаю обреченно и прячусь в кабинете.

Открываю ноутбук, едва не оторвав крышку к чертям, яростно бью по кнопкам. И поисковик мне сразу предлагает роковую фразу. Диагноз, который я искал, наверное, раз сто за минувшие сутки. Как мазохист.

«Иммунологическая несовместимость», — вылетает целый список статей по теме.

В моей жизни все было распланировано. Карьера, свадьба, семья, дети. Чуть ли не по годам расписано, с условиями и требованиями. Возможно, это слишком самонадеянно и цинично, но такой я человек — привык все контролировать. И вот пришло время воплощать в реальность главный пункт и обзаводиться наследниками как моей фамилии, так и развитого бизнеса, но… Хочешь рассмешить бога, расскажи ему о своих планах.

— Марк, все переживаешь по поводу слов врача? — в полной тишине вдруг раздается голос Иры. Мне начинает казаться, что она следит за мной. Будто боится из виду упустить, потерять. — Ерунда все это, перестань, — наклонившись, тянется к ноутбуку и опускает крышку.

— Ир, ты должна понимать, насколько все серьезно, — прокручиваюсь в кресле, разворачиваясь к ней лицом. — Если терапия не поможет, у нас с тобой никогда не будет общих детей…

— И что с того? — фыркает невозмутимо и садится на край стола, соблазнительно закидывая ногу на ногу. Красиво, но неуместно. Все-таки разговор серьезный… — Разводиться теперь? Ты сам говорил, что в твоей семье это не принято, — бросает как главный аргумент. — Как же традиции? И родители твои меня приняли. И…

Каждое следующее слово Ира произносит все тише, пока не переходит на сиплый шепот. Растерянно смотрит на меня, пытаясь считать реакцию.

— Значит, пришло время менять традиции, — вижу, что убиваю ее своей жестокой фразой, но я прав, черт возьми. — Зачем портить друг друг жизнь? Мучить друг друга, когда каждый из нас по отдельности может иметь полноценную семью с кем-то другим…

— Ты так легко готов от меня отказаться? — едва не плачет Ира, но я не верю ее слезам. Слишком часто она их пускает. По любому поводу.

Невольно задумываюсь над ее вопросом. А ведь и правда готов. Наверное, в этот момент я должен чувствовать себя последним гадом. Но у меня свое представление о семье. Просто красивой рыжей куколки рядом мне недостаточно.

— Ради тебя же, — пожимаю плечами. — Ни одна нормальная женщина сознательно не станет чайлдфри. Каждая рано или поздно захочет ребенка.

— Значит, я ненормальная.