Причиню тебе развод. Твой М. (СИ)

– Граф, твою мать, – полковник Белинский поморщился. – Хорош гусарить.

– А то что, товарищ полковник?

– А то премии лишу нахер.

– Аргумент, – кивнул я. – Я уж думал, губой грозить будете.

– А что, подействовало бы? Ты там по молодости частенько загорал, насколько я из личного дела помню. Не помогло ж все равно. Садись.

– Тоже верно, – я мягко опустил себя в кресло у Т-образного стола командира.

Посмотрел на него предельно чистым и честным взглядом.

Я что?

Я вообще лапочка и самый примерный офицер в этом штабе в данный момент. А то, что кулаки сбиты, так это случайность. Я даже свидетелей могу найти, что подтвердят. Этот придурок сам об меня ударился.

Много раз.

Я вообще ему просто упасть не давал! Проявлял человеколюбие.

– И что за херня, Разумовский? – командир откинулся в своем высоком кресле и прищурился.

– Где?

– Отставить юморить!

– Есть отставить юморить! – меня по привычке выпрямило от его рева. Злой он какой-то сегодня. – Где херня, товарищ полковник?

– Премии лишу реально ведь. Что за драка была?

– Это была не драка, Олег Иваныч, – я ответил ему серьезным взглядом. – То есть чисто технически – драка. Но на самом деле это было очередное воспитание. Ну, не доходит до дебила! А я не один был. Мне что, прикажете дерьмом обтекать при девушке? Я ж не терпила.

– Тебе сколько лет, майор? – покачал он головой. – Почему ты суровый и серьезный спец на службе и такой обалдуй на гражданке?

– Потому что у меня жены нет, – я пожал плечами. – Вот сейчас эту разведу и...

– Ты что, – полковник резко упал грудью на стол. Нагнулся вперед, охерев. – Ты с замужней бабенкой таскаешься?

– Просто не успел пока на себя переписать, – я развел руками. – Но они уже на развод подали. Все нормально.

– Пиздец.

Он упал обратно на спинку кресла.

Посмотрел на меня обреченным взглядом. Я такого раньше у него не видел даже. А в ситуации мы попадали самые разные. Даже в такие, из которых выхода, казалось, уже и нет. Только в могилку разве что. И то, если повезет и свои подберут.

– Майор, ты что творишь, скажи мне, а?

– Да что не так-то? – мне его настроение не нравилось категорически.

– Что? Я тебе сейчас расскажу что, – он сцепил пальцы и положил их на стол перед собой. – Смотри. У нас отдельная группа, так?

– Так.

– Наградами увешанная так, что скоро ходить трудно будет в парадке. Воспетая, блядь, журналюгами штабными. И тут ты! Мой зам, блядь! И драка! На глазах у кучи людей. И, главное, с кем? С точно таким же военнослужащим. Ладно, хер с ним, не с таким. С дуроебом, признаю. Но дела это не меняет. Представь себе: он идет в военную прокуратуру. Тебя и меня дергают за драку. Группу могут расформировать к херам.