Проданная невеста

— Я её отпустил.

— В смысле? — девушка вскинула удивленный взгляд.

— Стараюсь оставить в прошлом своё чувство к ней. Тебе следует сделать то же самое.

— У меня не получается…

— Тогда предлагаю тебе сотрудничество.

Арканта вновь посмотрела на него, не понимая, куда он клонит. В ореховых глазах играли задорные огоньки.

— Будем развлекать друг друга, вместо того чтобы страдать поодиночке. Нечто вроде дружбы, одним словом.

Она слабо улыбнулась и тут же погрустнела вновь:

— Не выйдет. Мне нужно ехать домой. Родные…

— Вот никуда ехать тебе точно не стоит, — перебил Риндаль. — Твоя семья непременно прибудет на коронацию. А так только в дороге разминётесь.

— Да, ты прав, — согласилась Арканта. — Я как-то не подумала. Не представляю, как произойдет наша встреча. Столько лет прошло, они меня давно мёртвой числят… — по ее щеке опять покатилась слеза.

Риндаль развернул девушку к себе за плечи:

— Солнце, у тебя, конечно, есть право выплакаться за все двадцать лет. Только, боюсь, твоих глаз на это не хватит. Вот останутся у тебя вместо глаз мышиные бусинки — что тогда будешь делать?

Она невольно улыбнулась:

— Ты вообще бываешь серьёзным?

На его губах всплыла какая-то странная улыбка — немного дерзкая и вместе с тем тёплая:

— Иногда бываю. И моё предложение дружить — на полном серьезе.

Арканта почему-то не могла отвести от него глаз, пока не ответила. Может быть, это какая-то драконья магия? Но в любом случае, ей была необходима точка опоры в ушедшем на двадцать лет вперед мире, так почему бы и не принять его поддержку. Почему бы и не помочь в ответ ему.

— Я согласна, — произнесла она, и сразу словно бы стало не так одиноко. — Вообще все так странно.

Я помню вас с Блайвором тринадцатилетними мальчишками, а сейчас вы — взрослые мужчины.

— Двадцать лет прошло, солнце. — Риндаль вновь улыбнулся — теперь как-то озорно: — Между прочим,в тринадцать лет я был в тебя влюблен и жутко завидовал твоему жениху.

— Да ладно. — засмеялась Арканта.

— Правда, — заверил он. И на несколько мгновений его взгляд вдруг стал не дружеским, а чисто мужским.

В королевских покоях ещё долго обсуждали перспективы Дарнвилла помириться с женой и вопрос, как Гонтон мог докатиться до убийства собственного сына. Но наконец Наташа с Кворном ушли спать, услышав перед этим, что почти родственникам короля вовсе ни к чему переселяться обратно в крыло прислуги. Кворна ситуация немного смущала, зато Наташа была просто счастлива — покои, где они проживали сейчас, нравились ей безумно. Особенно — широченная мягкая кровать.

— Блайв, — обратилась Вика, когда за сестрой и ее возлюбленным закрылась дверь.