Игра с огнем

И все эти слова: мне нравится один парень, а у него есть другая, она хорошая, а я плохая – всего лишь отмазки, чтобы Смерч не узнал, что Оля на самом деле сохнет по нему. А когда он ушел, она сильно плакала. Наверное, из-за него плакала. – Подруга вздохнула.

– Точно! – воскликнула Маринка. – Наверное, так и есть! Только что она хотела от Смерчинского? О чем просила? И кого она боится? Я не поняла, в кого влюблена Князева и кого она хочет защитить."

"– У меня три предположения. Первое, – загнула Лида большой палец. – Все-таки Князева неравнодушно дышит к Дэну и много всего напридумывала, чтобы привлечь к себя его внимание.

Второе, – подруга загнула указательный палец. – Она хочет защитить Никиту, – задумчиво произнесла Лида. – Если ее рассказ правдив, то получается, что именно его она и любит. Сначала Кларский ей не понравился, показался колючим ежиком, а потом у нее к нему возникли такие же чувства, как и у этой Инны к Денису. Непонятно только, кого она там боится и от кого хочет защитить. Сказала только, что он верит в судьбу, и удивлялась этому.

– Ник верит в это, – подняла я на подруг округлившиеся глаза.

 – Он верит в судьбу! Я точно знаю. Он сам говорил, когда мы на двойном свидании были! Это его Троллиха боится? Бред какой-то. Он ее что, силой заставлял встречаться? Не похоже… Глупости.

– Имен она не произносила. Одни местоимения, – отозвалась Лидия, загибая и третий палец. – Там было только имя Инна. Поэтому и не понятно ничего. Но если она, действительно, боится Кларского, который, как ты, Маша говоришь, верит в судьбу, то тогда это совпадает с моим третьим предположением. Князева в кого-то влюблена, но боится, что это станет известно Никите, с которым она встречается.

Тогда уже этот самый ежик – это кто-то, кого мы просто не знаем.

– Тогда и четвертая версия, – заявила Маринка. – Если объединить первый и третий варианты, получится, что Князева боится Кларского, а сама влюблена в Смерчинского!

У меня голова пошла кругом. Я снова уселась на диван, обхватив подушку руками.

– Такое чувство, что Смерчинский – международный шпион, – покачала головой Марина, наливая нам еще кофе из кофейника.

– Он международный клоун! – рявкнула я и обозвала парня еще парочкой куда более крепких выражений.

Орел оторвался от ни в чем не повинного Аполлона и согласно пару раз кивнул. Ух, и сердит же он был!

– Так сегодня же разберись с этим. Пусть Смерчинский тебе расскажет, что у него там с этой Князевой. Не такая она и простая мочалка, – наставительно говорили мне подружки.

– Ага. – Я для себя решила, что сегодня же этим и займусь. Вокруг Смерча столько загадок, как будто бы он наша местная Мона Лиза. И я должна, я просто обязана все про него разузнать. Потому что не хочу быть марионеткой в непонятной игре.