Путь Стаи (СИ)

Динка охнула от неожиданно чувственной ласки и прижалась лопатками к стене, чтобы не упасть. Варрэн поднял рогатую голову и взглянул ей в лицо, поблескивая звериными глазами. Губы, из-под которых торчали острые клыки, изогнулись в соблазнительной улыбке.

— Мечтала когда-нибудь о том, чтобы покорный раб мыл тебе ножки? — хрипло спросил он, проводя языком по своим губам.

— Что? — потрясенно выговорила Динка. — О чем ты?

— Может быть, ты хочешь наказать своего раба, за то что ночью он посмел помешать тебе? — продолжал он сводящим с ума чувственным шепотом. Он приподнял ее ногу повыше и прижался губами к тыльной стороне ступни.

— Шторос, я не… — Динка тяжело дышала, ощущая как волна возбуждения с жаром прокатывается по всему телу."

"— Приказывай, повелительница, — выдохнул Шторос, прижимаясь губами к косточке на внутренней стороне лодыжки и не сводя с ее лица пылающего взгляда. — Покорный раб выполнит любое твое приказание.

— Любое? — чуть слышно переспросила она. Вчерашнее неудовлетворенное влечение тугой пружиной тянуло низ живота. Сладкая истома предвкушения свела судорогой мышцы бедер и ягодиц.

— Любое! — проурчал он томно, устанавливая ее ступню носочком себе на плечо и целуя свод стопы.

Динка, теряя голову от желания, уперлась ступней в его плечо, ухватилась за основание его рогов у самой головы и подалась к нему бедрами и тазом, раскрывая свое самое сокровенное перед его лицом.

— Чего ты хочешь, моя повелительница? Скажи мне, — жарко шептал Шторос, и Динка чувствовала его горячее дыхание, обдающее низ живота.

— Лижи… Здесь… — простонала она, за рога притягивая его голову к своему лобку и буквально опускаясь промежностью на его запрокинутое лицо.

Дальше было только безумие танцующего в ее нежной плоти языка, сдерживаемые стоны и отчаянная жажда большего. Жажда быть с ним, быть его, взять его в себя и никуда не отпускать.

— Пожалуйста… Прошу… — молила Динка в сладком бреду, цепляясь руками за твердые костяные отростки на его голове. А его язык то нежно щекотал, невесомо прикасаясь и дразня самые чувствительные местечки, то бил, словно плетью, высекая алые вспышки наслаждения, граничащего с болью. Его руки развели ее бедра еще шире, и ласковые умелые пальцы скользнули между ними.

— Что я делал с тобой во сне? — хрипло спросил Шторос, давая своему рту передышку и перехватив инициативу пальцами. — Вот так я тебя ласкал? Или жестко трахал, поставив на колени? Или может все-таки порол, привязав к кровати? Скажи мне, что тебе снилось?

Динка едва держалась на ногах, не чувствуя своего тела. Ощущая лишь наслаждение от его пальцев, широко раскрывающих ее потаенное, скользящих между припухших складок, дразнящих жаждущий вход.