Разбавленная кровь

Его аж подкинуло от этой новости. Сила открылась - значит, они смогут пройти обряд? От этой мысли дрогнуло все внутри.

Он навис над ней, осторожно касаясь кончиками пальцев ее разметавшихся каштановых волос. Его собственная длинная светлая грива рассыпалась поверх. Их волосы смешивались. И Саха вдруг вспомнил, что у какого-то народа есть поверье. Хочешь узнать, какого цвета будут у твоих детей волосы, смешай вместе свои и волосы невесты. Мысль о будущих детях, их с ведьмочкой, очень сильно на него подействовала. Он уже сейчас хотел их и любил.

- Сила...? - проговорил, сбиваясь. - Так может...?

Больше не смог выговорить. Ему вдруг стало страшно, что произнесенные вслух слова обратятся ложью. Она нервно сглотнула, взглядывая на него.

- Я не знаю. Я попробую.

глава 52

Много было смятения и надежд. Наиля просто не знала, что теперь ей делать. Судьба сделала невероятный подарок, но словно швырнуло в нее все это комом, и ей было сложно разобраться.

Сейчас огромное счастье, оттого что они действительно вместе, затмевало все остальные чувства. Она смотрела исподтишка на Саху и боялась ослепнуть, а закрывала глаза, и под веками вставало солнце. Хотелось коснуться его, погладить гладкую золотистую кожу, прижаться, вдохнуть запах. И наконец поверить, что он ЕЕ.

Страшно было. Потому что неизвестно, получится у нее сейчас пройти обряд. Да, она верила, что Саха не откажется от нее, даже если ничего не выйдет. Но это будет отравлять ей всю дальнейшую жизнь.

Эйфория, затопившая ее в первый момент обретения, отошла на второй план. Теперь Наилю занимали мысли, что делать с обретенной силой и знаниями, которых у нее практически нет. Да, у нее есть та книжечка, подаренная Эридой, но этим надо было еще научиться пользоваться.

Хотелось-как в детстве, забиться куда-нибудь в уголок, чтобы ее никто не видел, и там осторожно попробовать. Хотелось, и вместе с тем, было боязно. И так хорошо было рядом с Сахой. Закрыть глаза и просто не думать ни о чем.

А завтра с утра...

С этой мыслью Наиля и заснула.

Но, как это часто бывает, утро перечеркнуло все мирные планы.

Началось с того, что Саха подскочил затемно как ужаленный. Пока он быстро, по-военному, мылся, она, естественно, проснулась тоже. Смотрела, как он резкими скупыми движениями втаскивает одежду из воздуха и натягивает ее на себя, а ношеное, не утруждаясь даже сложить вместе, швыряет назад, в хранилище. На секунду представила, как там разлетаются по полу его трусы и носки, но мысль сразу же исчезла. Потому что он повернулся к ней.

Собранный, стальной, злой. Черты заострились, напряжение в каждом жесте. Сейчас Саха был машиной для убийства.

Ей невольно стало не по себе, сглотнула, натягивая простыню повыше и отодвинулась.