С молитвой о тебе

Помыла руки, критически осмотрела в зеркале лицо, подправила легкий макияж и попеняла своему отражению.

— Что ты, как нервическая барышня, Белая? — напустилась на себя сурово. — Можно подумать тебя из пансиона умыкнули! Совсем от любви сбрендила!

И замолчала, пораженно уставившись на свое отражение! Она что сейчас сказала? А? Она его любит? О, господи! Вот так сразу?! Через неделю после встречи?!

Мама дорогая!! И что с этим делать?!"

"— Ничего не делать! — отругала себя Кира и поворчала: — Напридумывала себе пугалок: ах, она друзьям не понравится, ах, стыдно, ах она такая барышенька нежная, ах люблю, спасите меня!

В раздражении ужасном на себя глупую, скинула тапки, которые выдал ей Николай, и, как неустрашимая комиссарша времен гражданских баталий за светлое будущее пролетариата, прошагала из ванной в гостиную.

Николай сидел на корточках у камина и подбрасывал дрова, обернулся на звук ее шагов, улыбнулся.

— Тапки потеряла? — спросил он, указав на ее ноги поленом, которое держал в руке.

— Нет, так приятней по деревянному полу ходить, — прояснила потерю обуви Кира.

Подошла, взяла за запястье и потянула к себе. Он встал, и Кира, приподнявшись на цыпочки, обняла его за шею и поцеловала. Грохнуло, упав на пол, полено, Крайнов, перехватил инициативу, прижал ее сильно к себе, положив одну ладонь ей на затылок, чуть повернул удобней ее голову и углубил, насытил чувственностью поцелуй. А когда оторвался от сладких губ, посмотрел в Кирины затуманенные глаза.

— Это очень хорошее начало, — хрипловатым голосом порадовался он. — Я бы сказал: отличное начало!

— Да, — согласилась Кира.

— Ну как ты, справилась со своим смущением? — усмехнулся Крайнов.

— В данный момент я как раз над этим работаю, — отрапортовала по‑пионерски Кира.

— С удовольствием окажу тебе активную помощь! — пообещал Николай и спросил: — Ну что, продолжим так хорошо начатое или сначала поедим?

— Поедим, — выбрала Кира, — твоя подруга так чудесно оформила стол, мы просто обязаны начать с ужина при свечах.

— Да, — посмотрел он на стол, — Глашуня у нас художница и расстаралась романтикой вовсю.

— Тогда давай оправдаем ее старания, — распорядилась Кира, выбираясь из его объятий.

Они принесли из кухни закуску, салаты, шампанское, графин с морсом. Николай выключил верхний свет, зажег свечи, сел рядом с Кирой на диван и, принявшись открывать бутылку, спросил:

— Шампанского?

— Вообще‑то я алкоголь не люблю, — призналась Кира. — Ну, не то чтобы не переношу и «фи, какая гадость», мне не нравится сам привкус спиртовой. Но мне первый раз в жизни понравилось шампанское, когда мы его с тобой пили.

— Потому что тогда этот напиток соответствовал моменту, — пояснил Николай.

Хлопнула глухо пробка, Крайнов разлил пенной составляющей в бокалы.